Слепой гнев, помноженный на ревность, разрывал Виду Лу на части. Она вскочила из-за стола и принялась мерить шагами комнату. Но ее душила сейчас не только ревность, но и опасение, что Дана может навредить ее репутации в обществе.

Если тайна, похороненная много лет назад, откроется… Нет! Этого не случится, сказала себе Вида Лу, остановившись посреди комнаты и сощурившись. Никто никогда не узнает, кто такая Дана, но для этого она должна убраться из города, и как можно скорее. Вида Лу позаботится об этом.

Она вдруг рассмеялась. Что это она так разволновалась? Ведь у нее достаточно власти и денег, чтобы исполнилось все, что она только захочет.

Дана Бивенс – ошибка, которую надо исправить.

Почувствовав себя лучше, Вида Лу подумала о звонке Тайсону Питерсу, ее персональному тренеру и жеребцу одновременно. Она улыбнулась. Господи, это человек, который способен делать с ее телом чудеса! Его большие руки могут массировать, колотить, мять, пока из ее мышц не уйдет все напряжение, а потом он трахает ее так, что ей кажется, что даже кости тают.

Да, Тайсон хорош, пока ему платят. Но ее это устраивает. Виде Лу нужен мужчина, и поскольку она не может заиметь Янси прямо сейчас, пусть это делает пока Тайсон. Ему не долго осталось быть в ее жизни, так или иначе, Янси скоро займет его место.

Вида Лу положила руку на телефон и вздрогнула, когда он вдруг зазвонил. Она велела Инес принимать все звонки. Дрянь!

– Да, – резко бросила Вида Лу в телефонную трубку.

– Вида, это Лестер.

Вида Лу немного успокоилась. Лестер Мэйфилд был членом комитета по сбору средств и одним из наиболее энергичных сторонников клиники. Лично ей он и его жена казались отвратительными. Однако у него есть деньги и влияние, а это главное.

– Я надеюсь, вы не рассердитесь на Инес. Это я настоял, чтобы она соединила меня с вами.

– Все в порядке. А в чем дело?

– Я лишь хотел уточнить насчет сегодняшнего вечера.

– И это все? – На этот раз Вида Лу даже не пыталась скрыть свое нетерпение.

– И да и нет.

Она услышала его нежелание говорить и немедленно изменила свой тон.

– Я кое-что слышала, Лестер. Но я бы хотела знать правду. В чем дело?

– Я точно не знаю. Позвоните Янси и попросите его тоже прийти.

Он повесил трубку. Вида Лу с недоумением уставилась на трубку.

Что бы это значило?

Мгновенно двери операционной распахнулись, и Янси сразу выкинул из головы все мысли, сосредотачиваясь на том, что он должен был сейчас делать. Он все еще благоухал чистым, антисептическим запахом, который пронизывал здесь все, в том числе и пациентку, лежащую перед ним. Это непреложный закон.

Он уже сделал две успешные операции, и ему предстояла еще одна, которая, как он полагал, должна быть столь же удачной.

Теперь у него есть немного времени до начала следующей операции. Он надеялся ненадолго прикрыть глаза.

– Хорошая работа, доктор.

– Спасибо, Рик, – сказал Янси, стягивая хирургические перчатки.

Рик Клайн, тоже хирург и один из немногих защитников Янси, сказал со страхом в голосе:

– Удивительно, но ты совершаешь невозможное.

– Потому что я хороший.

Рик покачал головой.

– И добавь: ты еще наглый и дерзкий сукин сын.

Янси засмеялся.

– Я удаляюсь отсюда. Увидимся позже.

Вернувшись в офис, Янси почти упал на кушетку. Господи, как он устал! Его глаза горели огнем. Это просто чудо, что в таком состоянии он еще может что-то делать в операционной.

Стресс. Но это не точный диагноз. До тех пор пока Дана Бивенс не притащила свою упругую задницу в их город, он умел справляться с напряжением на работе.

В последнее время он просто обезумел, и это нервировало его. Меньше всего ему нужна честолюбивая репортерша, не важно, какой бы сексуально привлекательной она ни была.

С другой стороны, зачем отвергать такую возможность? Если она хочет написать о нем то, что интересно публике, какой от этого вред? Прекрасная реклама для него и для больницы.

«Не так быстро, Грейнджер, не спеши, – предупредил он себя, – красный свет! То, что интересно публике? Ты просто дурак, Грейнджер. Да она же проныра, она намерена вынюхивать все о твоей жизни и работе. Этого нельзя позволить».

Ему меньше всего хотелось, чтобы кое-что из его прошлого стало достоянием гласности, он предпочитал эти кошмары держать при себе. Так, к черту эту Дану Бивенс с ее теплыми влажными губами и убийственным телом! Ему надо смотреть в оба.