Нападавших возглавлял сам Виллунгха верхом на громадном моропусе - страшном животном с лошадиной головой на длинной шее, туловищем размером со взрослого носорога и ногами как ствол дерева. Словно бывалый морской волк на палубе в шторм, вождь неандертальцев выкрикивал приказания, размахивая длинным тонким копьем. Гранатомет в другой руке, сжимавшей поводья, казался маленьким игрушечным пистолетом.

Животное, несшее на себе Виллунгху, попятилось, взмахнув передними конечностями с огромными когтями, и камера закувыркалась, в сумасшедшем падении выхватив на мгновение то, что находилось на вершине холма. Посреди обугленных ферм и обгоревшей травы стояла, опустившись на колено, женщина, третий член экипажа. Миниатюрная, темноволосая, в помятой форме, она хладнокровно целилась из пистолета. Карие глаза, пристально вглядывающиеся в прорезь прицела, казалось, смотрели прямо на Дефо. Женщина посылала выстрел за выстрелом в штормовой вал смерти, накатывающийся на нее.

Камера, дернувшись, застыла объективом вверх, показывая безоблачное голубое небо, окаймленное колышущейся травой. На экране возник особенно отвратительный тач-дах, потрясающий ужасной кривой палицей. Изображение исчезло.

Дефо обернулся к леди Элленоре:

–  Жуткое зрелище.

Закрыв глаза, она вцепилась в подлокотники так, что побелели суставы пальцев, и резко выдохнула. Дефо считал Элленору Секир невосприимчивой к такого рода сценам - тем более она просматривала запись повторно; и вдруг - такое откровенное проявление чувств. Эта женщина полна неожиданностей.

Гелио ждал их в пассажирском салоне. Если он и следил за полетом, то не вставая из-за стола. Тарелки исчезли, но в его бокале еще оставалось шампанское. Вместо гладкой Верблюжьей спины под кораблем расстилалось пересеченное холмистое нагорье. Навиматрица Дефо узнала эту местность: за плоскогорьем начнется Спящая степь, а дальше будет Лазурь.

–  Ну как, понравилось представление?

Глаза Гелио были по-прежнему скрыты темными очками, поэтому трудно было определить, что он этим хотел сказать.

Дефо кивнул. Тач-дахи устроили настоящую резню. Неудивительно, что все, начиная от начальника порта, перепились и молятся. На Славе порядка тысячи чистокровных гомо сапиенс. Плюс к тому на Веретене, возможно, найдется еще пара тысяч, которые будут не прочь спуститься сюда. Виллунгха, если захочет, сможет выставить двадцать тысяч умеющих орудовать палицами тач-дахов. А всего по планете бродит десять миллионов тальцев.

Гелио покрутил бокал с шампанским за ножку.

–  Слава могла бы стать новым Эдемом для молодых честолюбивых ребят, прибывших сюда из Дома, - но они слишком серьезно подошли к окультуриванию.

Ему можно было не добавлять, что он сам прилетел сюда, отказавшись от беззаботной жизни, чтобы выращивать бизонов и лошадей по архаичной технологии, и, рискуя головой, превращать эту планету не просто в пригодную для обитания, но и почти в гостеприимную.

Гелио, похоже, прекрасно знал, насколько трудно заставить людей хотя бы спуститься сюда с Веретена. Однако это жилище задумывалось как тихоходный межзвездный космический корабль; много лет назад его запустили для того, чтобы доставить семена жизни в систему Дельты Эри-дана. Оно должно было предоставить людям кров, пока идет преобразование Славы. Но к тому времени, как на Славе возникла биосфера и появилась относительно пригодная для дыхания атмосфера, прибывшие в систему люди уже успели полностью приспособиться - но только к жизни на Веретене.

–  Поэтому АИР пришлось послать за тальцами. Ретровыведенные неандертальцы были высажены сразу на Славу. Им предстояло выполнять тяжелую работу: присматривать за супершимпами, расчищать взлетно-посадочные полосы, прорывать каналы, пасти огромные стада травоядных. И дикари справились со своей задачей великолепно. Черт возьми, они и до сих пор выполняли ее. А тем временем всякие отсталые типы - вроде тач-дахов - размножались как лемминги в бескрайних просторах степей.

Дефо украдкой взглянул на Элленору Секир. АИР само запланировало свое фиаско - начиная от тихоходных кораблей и кончая программой ретровыведения, результатом которой стали не только неандертальцы, но и полностью готовая экология кайнозойской эры.

Она с вызовом ответила на взгляд Дефо, предлагая ему высказать вслух, что длившаяся много тысячелетий программа АИР окончилась провалом.

–  Первые колонисты уже в пути - десять тысяч переселенцев направляются с околосветовой скоростью прямо от Эпсилона Эридана. В ближайшее время за ними последует еще сто тысяч человек. А потом миллион.

До Эпсилона-Э меньше двадцати световых лет.

–  Превосходно, - злорадно хмыкнув, Гелио осушил бокал шампанского.
– Виллунгха съест их на завтрак.

Фермер прав. Даже крейсеру Военного флота, имеющему боеголовки, начиненные антиматерией, будет нелегко справиться с десятью миллионами тальцев, разбросанных по всей планете. (А в настоящее время в системе у флота не найдется и капитанского катера.) Конечно, переселенцы могут вооружиться - но тач-дахи прекрасно знакомы с современным оружием. Запихнуть толпу вооруженных людей, изнеженных городскими условиями, в незнакомый мир, где на каждого из них будет приходиться десять тысяч тальцев, среди которых невозможно отличить «хорошего» от «плохого», - это будет катастрофа первой категории. Лучше просто направить оружие прямо Виллунгхе с пожеланиями самого наилучшего от АИР.