Хукер Ричард
Шрифт:
– Но ты-ы… энто, не имеешь права… – начал было Дюк.
– Послушай, Генри, – мягко сказал Ястреб, – будь благоразумен. Я сам бы ни в жисть не смог удрать из этого лагеря, даже если бы сильно захотел. Но давай оставим дороги открытыми: вдруг меня выберут Министром Здравоохранения Соединенных Штатов.
– Да. И меня, – добавил Дюк.
С рыком, командир лагеря покинул палатку и, вполне вероятно, его наказание возымело бы силу. Вот только на следующий день майор Хобсон, воспряв духом, возобновил свою деятельность с утроенным энтузиазмом. Он начал молиться в столовой по пятнадцать минут перед каждым приемом пищи.– Это ему так просто не сойдёт, – предсказал Дюку Ястреб.
И не сошло. Полковника Генри Блэйк проявил гораздо больше терпимости, человеколюбия и сострадания к ближнему, чем обычно полагалось Офицеру Регулярных Медицинских Войск, но уже на третий день он бросил свой обед недоеденным, ушел к себе в палатку, позвонил в Командный Пункт 8-й Армии, выпросил направление на имя майора Хобсона, отвёз его в Сеул, и посадил его в самолет до Токио. Оттуда майор улетел в направлении дома, где вскоре подошла к завершению его принудительная служба. Почётно уволенный в запас, он вновь был волен целиком отдаться своей поликлинике, мелким операциям, и церкви. Отправив столь Важную Посылку домой, полковник Блэйк вернулся из Сеула сильно уставшим и помятым. Он смешал себе коктейль, отхлебнул и повалился на койку. Ему не удалось заснуть, потому что на пороге нарисовались Ястреб Пирс и Дюк Форрест. Изображая сильнейшее раскаяние, оба молча соорудили себе по коктейлю и, плеснув жидкость в глотки, повалились на колени перед своим командиром, принялись отбивать земные поклоны.– О Боженька-Всемогущий Полковник, Наш Родной, Вездесущий Сэр!» завывали они, – отправь и наши задницы домой.
Поднимаясь в гневе, полковник Блэйк крикнул:– Катитесь отсюда нафиг вместе со своими задницами!
– Слушаемся, Великий Сэр! – пробормотали капитаны, пятясь задом и отвешивая поклоны.
3
– Здоровско! – обрадовался Ястреб.
– Чёртов янки, – возразил Дюк.
– Несомненно, отличный парень, – подтвердил Ястреб.
Он пришел в холодное и снежное утро, в районе девяти. Генри притащил его в столовку выпить кофе и представить остальным хирургам, большинство из которых из-за лени косоглазых, уже три дня бездельничали именно там. В новеньком было шесть футов росту, и около ста тридцати фунтов весу. Его звали Джон Макинтайр. Мешковатая форма и огромная парка надежно защищали его от изучающих взглядов. Он отреагировал на приветствия неопределенным мычанием, сел за стол, достал из кармана банку пива и вскрыл её. Потом его голова исчезла в недра парки, будто огромная черепаха втянула шею в панцирь, и туда же провалилось пиво.– По-моему, замечательный мужик, – констатировал Дюк, – хоть и янки.
– Ты откуда, Доктор Макинтайр? – спросил кто-то.
– Из Винчестера.
– А что за школу закончил?
– Винчестерскую среднюю, – донеслось из недр парки.
– Да нет же. В смысле, где медицинское образование получил?
– Не припомню.
– Такой ответ должен прекратить на время разговор, – сказал Ястреб Дюку, – Сдается мне, где-то я это уже видел. Вылез бы мужик из своего кокона.
Капитан Ужасный Джон Блэк – главный анестезиолог, судя по всему, решил выкурить новенького из куртки. На протяжении длинного рабочего дня от анестезиолога не требуется вмешиваться в работу остальных членов хирургической команды, и от этого Ужасный Джон сильно тосковал по разговору. Лаконичные ответы новичка уже делали его более общительным, по сравнению с лишенными чувств пациентами Ужасного Джона.– Добрался нормально?» поинтересовался он.
– Не-а.
– По воздуху?
– Не-а.
Ужасный Джон почесал голову и решил подыграть новенькому.– Тогда как, пешком, что ли?
– Ага.
– Превосходная идея, – заметил Джон. – Как это я сам не сообразил?
Голова высунулась из внутренностей парки и с некоторой тревогой и заботой осмотрела Ужасного Джона с головы до пят.– Не знаю, – констатировала голова.
К этому моменту группе собравшихся любопытных стало понятно, что в их отделении ненормальных прибыло. Все, включая Дюка и Ястреба, внезапно заспешили по делам. Пока новичка ориентировали на местности, посвящали в распорядок и систему работы, выдавали всякие ценные указания, большинство старожилов лагеря посетило Генри с убедительной просьбой ИМЕННО К НИМ капитана Макинтайра не подселять. Большинство. За исключением Дюка и Ястреба.