Не использованным оставался сам звездный корабль. Выбрали песчаное поле, на него из космоса прилетал Буран, переодетый под межзвездный корабль, он пробегал по песку и останавливался, подняв песок в воздух. Когда песок оседал, становился, был виден вездесущий фараон Занзибар на колеснице с парусом. Из межзвездного корабля выходила в золотистом костюме Иринапатра. На голове ее был шлем типа головного убора фараона. На плечах ее круг, украшенный камнями, за ней выходит стайка инопланетян. Фараон Занзибар глаз не мог оторвать от царицы инопланетян.

Я, недолго думая, ушла с престижной и мистической работы в корпорации. Состояние отдохнувшего душой и телом человека, достигается не только сном, но и полной гармонией с жизнью, когда мозг перестают волновать все неприятности последних дней. Эти неприятности уже разложены по полочкам и пылятся до следующего нервного состояния или полной усталости. Погода за бортом обитания больше двадцати градусов способствует умиротворенности бытия. Это вчера – пекло, это вчера был ливень и гроза, а сегодня – отдых и в погоде и в душе, и в теле, что очень важно для общего отдыха. Я посмотрела на белесое небо, на пустую почту и даже вздыхать не стала. Тишина она и в Африке тишина. Собака только что перестала лаять в очередной раз, и на фоне ее визга любой шум – тишина и покой, тем более шум самолета на высоте километров семь. И семь километров до любви, но сегодня я отдыхала, эта самая коварная госпожа любовь, главная по уничтожению нервных клеток. Мне стало все безразлично, пусть сегодня, но мне безразлично состояние своих любовных дел. А что такого, если Арсений не обладает большим любовным потенциалом с ним, как не парься, все впустую.

После своего возвращения из северной Африки, я впервые почувствовала себя хорошо, я стала забывать страстную любовь с Адамом. По существу у нас была страсть самая настоящая, но не умиротворенная любовь, а с Арсением – это вообще дружба в чистом виде. Я обожаю – это небо за окном, эту шумящую листву, а песок меня не привлекает. Я от него устала. Каким ветром меня в Африку занесло? Попутным и беспутным ветром любви, нет, не я влюбилась, это Адам в меня влюбился, да так, что и я повелась на его чувство. Мы любили, мы были счастливы, но очень короткое время, пока на моем теле от солнца не появились пресловутые волдыри. Солнце сказало нашей любви – нет, оно нас разъединило простенько и со вкусом. А он не любил зимний холод, он его не понимал.

И вот теперь мне все равно, я стала забывать африканские страсти и иногда встречается с Арсением, весьма спокойным молодым человеком, который свои чувства еще не разморозил. А Ирина с Антоном, ведь так хотела наша тетка Каролина Андреевна… Я позвонила лучшей подруге, то есть кузине Ирине, и призналась в том, что пишу романы, попросила ее прочитать их. Она стала говорить о Тургеневе, а я его сама недавно перечитывала. Интересное дело! Я целые сутки жила с мыслями, что Ирина меня читает! Вот ужас! Все мои нервы свертывались в клубок, а потом развертывались! Я волновалась до чертиков, а Ирина мне не звонила, ничего не говорила.

Ночью я не выдержала напряжения, нажала по очереди на уничтожение своих произведений, потом сделала контрольный выстрел по всей странице во всемирной паутине! Все! Я себя уничтожила! Ирина больше не найдет мои произведения! Но жить под вымышленным именем больше суток я тоже не могла, не подводная я лодка, всплыла на поверхность, где ждут читатели.

А, Ирина прочитала, точнее, просмотрела и промолчала. Следующее утро новой жизни я начала с тренажера. Этот загадочный белый станок для корректировки фигуры стоял рядом с постелью. Зачем изматывать себя зарядкой, бегом? Я встала в тренажер, натянула на себя ленту с резиновыми выступами, включила вторую скорость и вперед, к новой фигуре. Кто сказал, что это легко? Стоишь, а по тебе лента бьет и бьет, а ты ее по себе передвигаешь туда, сюда. Теперь кофе, грим, одежда, зонт и вперед, к эмоциям жизни.

Ноги мои плотно обтянуты джинсами, немного вытянуты каблуками, я шагаю навстречу судьбе. Две машины сделали полукруг и остановились. Не глядя на них, я знала, что в одной из них сидит тот, ради кого все мои потуги в области фигуры. Он неотразим для меня. Рядом с ним я ощущаю себя стопроцентной женщиной. Он выше меня, плотнее, и я рядом с ним смотрюсь изящней. Блаженство находиться рядом с ним! Он мое визуальное счастье!

Счастье длилось ровно столько, сколько лифт поднимается до нужного этажа. Вот и все, куда спешила? Работай, работай и работай. А он зайдет, он непременно откроет дверь в мой дом. Я поставила чайник для кофе, новый пластиковый чайник.

Во всех последних моделях есть одна недоработка, они текут, то там, то здесь, а назад в магазин их не принимают, так как заполнен товарный чек. Я пыталась вернуть чайник, но это невозможно. Одно к одному, у меня дома куда-то исчезла холодная вода, горячая шипит, холодная капает.

Несколько лет смотрела я на смесители в магазинах, а они везде с одной рукояткой.

И вдруг смотрю на витрину и вижу смеситель для ванны с двумя ручками! И не такие ручки, которые заставляют пальцы складываться тюльпанами, а нормальные, как штурвал на корабле.

Глаза мои разгорелись от металлического покрытия, от маленьких штурвалов для регулировки воды. Я взяла смеситель в ванну, держатель для душа с таким же штурвалом и смеситель для кухни, принесла домой. А кто их поставит? Позвала соседа, он пришел, посмотрел на покупку, сказал, что смеситель из бронзы, но поставить он его не сможет. Я стала звонить в домоуправление, дозвонилась в восемь вечера. Мне сказали, придет сантехник до двадцати трех часов сегодня или завтра. Ждала, ждала, но вместо сантехника, нам просто отключили лифт, он не работал все время, пока надо было ждать господина сантехника.