– Ты болен?

– Внешне я здоров, могу еще быть нужным тебе и детям.

– А если я соглашусь?

– Я не откажусь от своих слов, а твой отец славно с ними гуляет, он будет нам помогать. Твои родители возражать не будут.

– Это уж точно.

Сияло солнце майскими лучами. Молодая ажурная зелень деревьев давала тень. К Лиане вместе с теплым днем, во дворец приехала Виктория на белом лимузине. Она, как хозяйка заехала в гараж, оставила там машину и, похлопывая, рулончиком бумаги по белым ажурным сапогам появилась перед Лианой в мастерской на третьем этаже дворца. Она остановилась у окна с видом на море.

– Лиана, привет, родная, что-то тебя не видно и не слышно!

– Виктория Борисовна, здравствуйте! Извините, совсем я приклеилась к дворцу, пишу картины и никуда не выезжаю.

– Плохо, плохо, прятать себя от общества, или что случилось, а ты умалчиваешь?

Вот говорят, к тебе Алла с детьми приезжала, да после тебя уехала с детьми к матери, и там нашла себе нового мужика, или старого, я еще не разобралась.

– Спасибо за новость. Да, она приезжала сюда с детьми, хотела мне Васю оставить на месяц, но я отказала, сама не знаю почему. Хотя, нет, знаю. Васей звали ее парня, она с ним гуляла до первой поездки на море, его в армию взяли на север, а мы с ней приехали сюда.

– Значит, его Васей зовут? Похоже. Филипп мне сказал, что Алла живет у Васи, а я сразу не поняла. Лиана, так чего страдаешь? Ты правильно поступила, что братьев не разбила на разные части.

– А я страдала, что плохо поступила, и боялась носа показать из дворца.

– Так, а теперь ты мне скажи, почему у тебя нет детей? Вы женаты с Мишей, а детей нет?

– И Алла у меня спрашивала, трудно мне, Виктория Борисовна ответить на этот вопрос, да, детей нет.

– Поподробнее, пожалуйста, мне становиться интересно!

– Для исповеди, Виктория Борисовна, пойдемте в картинную галерею, там кресла хорошие и еду туда нам принесут.

– Темнишь, Лиана или время тянешь, ну что ж, пойдем.

Две высокие блондинки спустились по центральной лестнице в картинную галерею.

Виктория давно здесь не была, она села в кресло и стала смотреть на картины:

– Лиана, здесь стало красивее, значительно красивее и картин больше!

– Добавлены мои работы, да и ремонт был недавно.

– Вкус у тебя отменный, знаешь, я приехала по делу, мне надо разработать дизайн нового дома.

– Я с радостью этим займусь! А, что за дом строите? Я ничего о нем не знаю.

– Строю себе дом, трехэтажный с новейшими удобствами.

– Здорово! А, где он будет расположен? Какая местность?

– На окраине города Павлинска, с видом на море, но море от него достаточно далеко. Лиана, а где исповедь?

– Виктория Борисовна, мы здесь поедим, подойдет к причалу яхта, и я покажу вам ваши владения.

– Ты меня и путешествовать заставишь?

– Вы давно были на винном заводе? Нет? И туда надо заехать.

– Юлишь, милочка, и уходишь от ответа.

Мы поднялись по трапу на яхту. Когда яхта проплывала рядом с пляжем в скалах, я показала на пляж и сказала:

– Вот то место, где был снят фильм "Люди в скалах".

– Что за чушь? Тогда зачем вышла замуж за моего брата?

– Можно я скажу это после того, как посетим винный завод?

– У меня, похоже, нет иного выхода, как посетить сей заводик.

Мы пришли на территорию заводика. Виноградные кусты за изгородью излучали изумрудную энергию, они притягивали взгляд.

Виктория остановилась и посмотрела на виноградник.

– И почему я не агроном? Работа на воздухе: ходи и загорай.

– Виктория Борисовна, здесь есть магазинчик местного вина…

– Ты мне еще про магазин расскажи, да я здесь продавщицей работала, когда меня князь увидел!

– Простите, я не знала.

– Вот я ему и родила дочку, из-за этого виноградника! Гуляли мы с ним по винограднику, потом яхта, она у него давно, а тогда еще совсем новая была.

– Мы с Павлом купили здесь бутылку вина, а на пляже в скалах он по пьяной лавочке ударил меня об камни пляжа, так, что я была бессознательном состоянии.

– Круто! Не ожидала такого от Павла! А дальше?

– Виктория Борисовна, с твоим мужем у меня ничего не было.

– Врешь!

– Не было, ни разу.

– А за какие такие качества он отвалил тебе дворец?

– Сама удивляюсь, я картины писала во дворце, а он говорил, что от моего присутствия ему легче становиться.

– Похоже, на него, то он, как изверг, то щедрый.

– Да, я боялась Павла. Однажды меня срочно вызвал князь, да обманул: мои картины стояли у ворот. Мне стало плохо. Я отдала браслет, подаренный князем таксисту Андрею, и уехала к себе домой. Я заболела. А князь опять меня вызвал, а потом полет на самолете, потом он умер. Я двое суток спала.