– А другие меня не видят! У тебя Миша есть, а у меня никого нет! Вот, нашелся человек, а ты против моего решения оказалась! – всхлипнула Алла, – а все, что он украл, он мне отдал! Да я все это вернуть могу, если надо!

– Это вы Мише расскажите, а мне все равно, только из-за этого молодца, у моего Миши жизни нет! Его уже оборотнем считают.

Из-за угла выползла машина Миши Мухина, вся в снегу.

– Привет всем! Ух, еле проехал мимо пробок, ехал какими-то переулками, да закоулками, лучше бы пешком шел! А это Алексашка! Стой! – крикнул Миша Алексашке, который удирал от него во всю прыть.

– Миша, он мой жених, а ты его прогнал! – разревелась в голос Алла.

– Миша, они жениться хотели, – подала голос я.

– Алла, да он настоящий невидимка! Зачем он тебе сдался? – прокричал Миша.

Неожиданно Алла развернулась и побежала вслед за Алексашкой с криками и воплями своего неожиданного счастья и несчастья.

Алексашка не мог долго жить на одном месте, и однажды он уехал на Лазурное море, да застрял там и встретил диву. В домике сидела красивая, ухоженная женщина, ее темные, наращенные волосы струились по плечам, наращенные ногти огибали высокий стакан с коктейлем, худые ноги, в босоножках на тонких, высоких каблуках, виднелись из-под коротких шорт. Виктория последнее время часто была унылой, два года, прошло с тех пор, как она оставила свою страну и стала жить на райском острове, но об этом она ни с кем не говорила.

– Алексашка, привет! – сказала Виктория сладким голосом.

– Привет, Виктория! – отозвался Алексашка, – почему не загораешь?

– От загара я стану сушеной воблой.

– А так ты кто?

– Проехали, я не об этом, ты мне задолжал!

– Быть не может, я в долг денег у тебя не брал!

– Наивный Алексашка! Ты мой трофей, а трофеи – это прибыль, с тебя круглая сумма за общение со мной!

– Ба, а ты говорила, что меня любишь, а любовь она бесплатная, поскольку она от души идет.

– Вот, сказал, и в душу влез по шею! Плати, сумма написана на салфетке.

Алексашка мельком посмотрел на салфетку, на цифру с нулями на купюре, и онемел от удивления.

– Что это ты в ступор впал? Любил – любил, хоть и не меня, но накопилась плата, местная девушка на тебя пожаловалась мне, – сказала Виктория, поднимаясь на тонких ногах.

У Алексашки в голове пролетела мысль, что с Аллой он был, а она у него еще ничего не просила!

– Виктория, да, у меня столько денег, нет!

– Давай то, что есть, остальное вернешь при первой возможности, но в течение недели, за тобой присмотрят.

Алексашка зашел в соседний номер, взял деньги и принес их Виктории. Она взяла деньги, на ногтях засверкали стразы, на лице появилась гримаса улыбки:

– Не плохо, на первый раз! Идем, погуляем по молу?

– Без меня.

Виктория, не прореагировав на ответ, вышла из номера на улицу, под горячие лучи солнце, и свернула за угол, словно растаяла от жары.

Алексашка сидел на стуле, держа непутевую голову в двух руках, мыслей в голове не было от удивления, его еще так никто не кидал. Все боялись его внушительных размеров, а это искусственная женщина, с накладными ресницами и грудью, наращенными волосами и ногтями его очистила просто так, так он считал. Он был всегда уверен, что женщины должны считать за счастье обычное общение с таким человеком, как он!

Обида, досада – нет. Ненависть – черт с ними. Отчаянье? Нет. Безразличие?

Отчасти. Заговор? Обойдутся. Прошло время чужой власти. Темно и все. Радость врагов долгой не бывает. Их жизнь уничтожит! – так думала я, глядя на единицы на своей электронной странице, уничтожая в очередной раз все написанное одной кнопкой, хранить чужие единицы мне не хотелось. Посмотрев электронную почту, я поняла, кто так старался – издательство хотело меня опубликовать и из всех сил уменьшало мой литературный вес.

И так бывает.

Туман окутал землю пеленой полумрака, спрятав осеннее цветение листвы.

Удивительно смотрятся пихты однолетки, их никто не подстригал, а они стоят в один ряд с одинаковой кроной. Пихта осенью всегда привлекает к себе внимание если не кроной, то мелкими, мягкими иголками, которые с нее осыпаются с порывами ветра. Клены лысеют на глазах, они пышно цветут и быстро теряют верхнюю листву, чего не скажешь о березах, они и листву теряют, и остаются прикрытыми своими мелкими желтыми листочками. Если я береза, то у меня на данный момент времени даже лысого клена нет. Нет. О чем тогда писать, если у березы нет клена? Значит, у березы есть пихта!

О, а пихты напоминают команду по художественной гимнастике. А гимнастки в любви победят любую иную женщину, у них ноги в обратную сторону закладываются и открывают доступ для любви. Это качество гимнасток хорошо видно в произвольной программе танцев на льду. Такие сексуальные позы, что дальше некуда, зато самые сексуальные партнеры заняли первое место, это я вчера по телевизору наблюдала.

Нет, я не завидую, и у меня нет подруги гимнастки, из серии гибких иголок пихты.

Вчера попыталась я читать английского романиста начала двадцатого века, роман такой толстый, написано тридцать четыре авторских листа мелким почерком.