– Подождите, шлюпку привяжу к дереву, – сказал Яшка и показал руками то, что он собирается делать.

Туземцы подождали, пока Яшка закрепил за пальму лодку, и все пошли по еле заметной тропе в ту сторону, откуда туземцы пришли. На небольшой поляне стояли шалаши, но более цивилизованные, чем раньше. В центре поляны горел костер, и стояло кресло под навесом. В кресле сидела женщина вне возраста, мальчик подошел к ней и показал на Яшку.

– Он твой отец, – сказала вождь туземцев, Элла.

Яшка ее переспросил, и вождь Элла подтвердила, что мальчик его сын, не зря его бывший вождь на костре пытал, было за что.

Надежда поняла одно, что с этой полудикой светловолосой женщиной, сидящей в кресле, у Яшки есть сын, но ничего кроме удивления и любопытства не испытала.

Элла попросила Яшку научить сына нырять и плавать, туземцы этому не могли научиться, а его сын должен уметь нырять. Яшка приступил к занятиям с сыном.

Через десять дней постоянных занятий мальчик неплохо плавал и нырял, туземцы стояли на берегу и сопровождали его успехи дикими возгласами.

Надежда без всякой ревности нашла общий язык с белокурой женщиной – вождем и отдала ей всю косметику и шампуни, те, что у нее были с собой, решив, что у нее все это еще будет.

Экзаменом для обучения плаванию было ныряние за раковинами с жемчугом. Парнишка нырял рядом с отцом для подстраховки, и удача ему улыбнулась, он достал до дна и поднял раковину. Весь берег был покрыт дикарями, все дружно приветствовали нового вождя. С этого дня мальчик становился вождем племени. А его отец Яшка получал свободу и мог уплыть на корабле. До прихода корабля оставался один день.

– Жалко парня оставлять на острове, – сказала печально Надежда, все же твой сын.

– Он вождь туземцев, и не в моей он власти, – грустно ответил Яшка.

Мальчик привязался к Яшке и не хотел отца отпускать. Яшка назвал сына – Гарик.

Женщина вождь уступила свое кресло Гарику. Племя пыталось выговорить новое имя вождя. Надежда и Яшка все дни в перерывах между плаваньем учили его русскому языку. Но двенадцать дней было безумно мало, и все же мальчик делал большие успехи в изучении языка своего отца. Мать мало с сыном общалась на родном языке.

Корабль за Надеждой и Яшкой, приплыл вовремя. Племя спряталось в кустах и незримо провожало их на корабль. Гарик из кустов не выходил в целях безопасности.

Еще пара дней и путешественники были дома.

К путешественникам в дом пришли Хлыст и Огарок.

– Так, господа жемчужные, почему продали дачу? Я вас об этом просил? Хоть бы меня предупредили! – закричал с порога Хлыст.

– Хлыст, нам надо было слетать на Нетронутый остров, денег взять было неоткуда, – ответил Яшка.

– Понятно, летали на Нетронутый остров для добычи черного жемчуга! И ныряли просто так, а про баллоны с кислородом забыли, нельзя было взять акваланги?

– На Нетронутом острове не ведется промышленная добыча черного жемчуга, и раковин на дне почти не осталось.

– Мне не могли сказать! Я бы и сам не прочь посмотреть на бесценный Нетронутый остров!

– Нетронутый остров не для туристов. Его нет на туристических картах, я просто там был случайно, потому и знаю об этом острове, – ответил тихо Яшка.

– Тем более, Нетронутый остров мне интересен, если надумаете туда лететь, меня предупредите, а дачку зря продали, хоть отнимай ее у новых владельцев! – воскликнул Огарок и покинул квартиру.

– Правильно, что продали дачу, а то бы они от нас никогда не отстали, – прошептала изумленная Надежда. – Яшка, как жить теперь будем?

– Так как и жили, твой отпуск кончился, пора идти тебе на работу, да и я ждать осени не буду и пойду работать. Жаль парня, живет без цивилизации, это я уже о Гарике говорю.

– Понятно, конечно жаль.

Я пришла на массаж к Надежде. Во время массажа в кабинете массажистки начинается исповедь клиентов, редко кто молчит из пациентов, все пытаются высказаться. Язык до чего хочешь, доведет. Так через женский треп выходят на таких людей, которых внешне и найти трудно, а потом люди неожиданно оказываются в ловушке бандитской структуры.

Надежда дома рассказала о визите Лианы.

Яшка, вздохнул и сказал:

– Каждому свои проблемы в жизни даны, а мне теперь сын покою не дает. Посмотрел я на Гарика, и душа моя вся перевернулась, хоть вновь на остров езжай.

– Яшка, очнись!

– Да, но я и не знал, что у меня могут быть дети, я был женат, но детей у нас не было, жена говорила, что я виноват в этом, так мы и разошлись. А тут сын на острове – вождь туземцев!

– Значит это счастье для тебя, а я, сколько лет прожила, а детей не было, а после этой поездки, в моем организме произошли изменения, мне много лет и я жду ребенка, получившегося на этом Нетронутом острове.