В это время в Персии последовательно произошли события 1721, 1722 и 1723 годов, описанные нами в III главе. Шах Султан Хосейн был низложен, афганцы захватили персидскую столицу, османы овладели приграничными персидскими провинциями. Государство Сефевидов находилось в состоянии полного распада. Но русские, вместо того, чтобы обратить внимание на Армению, завоевывали персидские провинции на побережье Каспийского моря.

Мелики вновь обратились к русскому двору. Их посланцы – священники тэр Антоний, тэр Петрос, Челебикехва и Симон Попов – беспрестанно прибывали в Россию, и послания армянских меликов, католикосов Есаи и Нерсеса (2) через вардапета Минаса представлялись царю. Ответы Петра Великого неизменно содержали в себе милостивые обещания, он советовал им подождать, обнадеживая, что все чаяния осуществятся. Эти переговоры длились несколько лет. И поскольку Грузия в это время находилась в том же положении, что и Армения (там также властвовали османы), то и грузины, подобно армянам, обращались к царю с той же просьбой. Наконец, армяне получили ответ: объединить свои силы с грузинскими и ждать, пока царь во главе русского войска лично прибудет осматривать вновь завоеванные персидские земли. Тогда армяне и грузины, соединившись с русским войском, могут начать восстание.

(1) Лазарь Христофоров (Агазар ди Хачик) – видный военный деятель, первый армянский генерал русской армии, родился в 1690 г. в купеческой семье в Новой Джуге. Был одним из инициаторов объединения отдельно действующих армянских вооруженных отрядов и создания единого армянского эскадрона в составе русского корпуса, действовавшего в южных Прикаспийских областях в 20-е годы XVIII в. С конца 1724 г. после гибели Петроса ди Саргис Гиланенца был бессменным командиром Армянского эскадрона, состоящего из 600-700 человек, на содержание которого израсходовал большую сумму из собственного капитала. С 1734 г. был произведен в чин генерал-майора. Умер в 1750 г. в Кизляре.

(2) Патриарх Нерсес (1706-1763) – католикос монастыря Ерек Манкунк («Трех отроков») в Арцахе, сторонник русской ориентации армянского освободительного движения.

Эта весть с огромной радостью была встречена как армянами, так и грузинами. Два христианских народа со схожей судьбой должны были выступить рука об руку под покровительством великого христианского государя против мусульманского ига, совместно бороться за освобождение своей родины.

Мелики Карабаха в этот момент обратились к грузинскому царю Георгию Шахнавазу с просьбой прислать искусного и опытного военачальника для руководства армянским войском. Царь остановил свой выбор на армянском князе Давид-беке*, который в это время служил в Грузии. Давид-бек прибыл в Карабах (1722) и собрал 60-тысячное войско, во главе которого поставил мелика Аван-хана (мелика Егана) и Авана Мирзу (Авана-юзбаши) (1), а сам с главными силами направился в Чавндур Капанской области, где была родина князя.

Приготовления Петра Великого к новому походу в Персию, с одной стороны, и действия Давид-бека – с другой, стали поводом для того, чтобы османский паша Эрзерума потребовал от Давид-бека разъяснений о причине мобилизации армянского войска Карабаха. Дело было столь очевидным и обещания русских столь несомненны, что Давид-бек, если бы и хотел, скрыть уже ничего не мог. Он смело ответил, что все это делается по повелению царя Петра Великого. В ответ на это османы начали спешно захватывать сопредельные персидские провинции и заняли все пространство от Еревана до Тавриза, намереваясь препятствовать успешному продвижению великого царя.

Давид-бек и другие армянские мелики, наблюдая приближение османских сил, представляющее очевидную опасность для осуществления их целей, незамедлительно сообщали о нем Петру Великому, прося его не запаздывать и ускорить начало похода. На сей раз царь не мешкал: он тут же приказал своему войску (численностью 30 000) продвинуться к персидской границе, а сам выступил в Дербент (22 августа 1722 г.).

Ожидая прибытия Петра Великого в Дербент, грузины и армяне расположили свои войска около города Гандзак. Грузинским войском командовал второй наследник Георгия Шахнаваза Вахтанг (2), а армянским – Давид-бек. Численность обоих войск составляла 52 000 человек. В рядах армянской армии находился и предводитель армянского движения католикос Гандзасара Есаи*. Но все эти великолепные приготовления со стороны как армян, так и грузин, оказались тщетными, ибо внезапно была получена весть о том, что царь из Дербента возвратился в Астрахань, а оттуда в Россию.

* Этот видный священнослужитель, бывший не только очевидцем, но и главным действующим лицом современных ему событий, оставил обширную и подробную их историю, изложенную в форме дневника. В 1839 году митрополит Багдасар опубликовал ее в городе Шуши, но в значительно сокращенном и безжалостно урезанном виде. Сейчас мы считаем излишним объяснять, с какой целью совершил покойный митрополит это «литературное убийство», отметим лишь, что оригинал истории католикоса Есаи был значительно более объемистым, как это видно из дошедшего до нас рукописного списка, наполовину, к сожалению, сгнившего. Выло бы желательно выявить полный текст этого труда, содержащего богатый материал для нашей новой истории.

Причину неожиданного возвращения царя объясняли тем, что буря на Каспийском море уничтожила большую часть его кораблей, везших провиант для армии, и царь опасался, что после высадки на сушу, в Армению, войско будет голодать. Но верно лишь то, что он из Астрахани послал несколько батальонов, которые под началом полковника Шипова (3) и генерала Матюшкина (4) вступили на южное побережье Каспийского моря и заняли персидские провинции Гилян, Мазандаран, Астрабад и Баку.