Бросился Юсиб подбирать драгоценности и прятать их за пазуху, мол, почему нам не собрать эти дары?!

А царь морей ударил с досады ладонью по колену, встал и сказал: "Кто этот витязь, что прибыл к нам и перебил мое войско и моих наемных богатырей?" Затем послал людей преподнести Бадри Иаманисдзе одеяния и поздравить с победой.

В тот же день созвал царь вельмож своих и велел передать дочери: "Я состарился, дочь моя, и ты являешься наследницей моей. Искал я для тебя мужа такого, которого никто не мог бы превзойти в ратной силе и удали. И нынче, дочь моя, не надо его больше испытывать, достаточно тех поединков, из которых он вышел победителем, и славных дел, им свершенных. Ни одному из вассалов наших не под силу состязаться с ним, и пусть он станет твоим мужем".

Ответила царевна морей отцу своему: "Не хочу я, выйдя замуж, думать, что есть на свете человек, который может одолеть мужа моего. Пусть померится силами с ним наш третий богатырь, если ж и он будет сражен, то подчинюсь я воле твоей".

Опечалился царь, опечалились и его вельможи, но не было у них другого исхода.

Послал царь морей облачение в подарок Бадри Иаманисдзе и велел передать ему: "Знает бог, что не от меня исходит это решение, и сам ты услышишь, чья на то воля. Так, ныне ты должен сразиться и, если победишь, – будешь зятем моим".

Не стал противиться Бадри Иаманисдзе воле царя и ответил ему: "Знаю, о царь, что были постылы тебе те двое, которых пришлось мне сразить, а еще постыл третий, и если б даже не было на то веления твоего, не дал бы я ему избежать боя".

Утром царь, царица и дочь их заняли свои обычные места, а за ними расселись вельможи.

Царевна морей была облачена в багряницу златотканую, и сказал я Бадри Иаманисдзе:

"Видишь, она как бы бестелесная и сияет как солнце".

Высыпал опять весь город на ограды и кровли домов, и все, стар и млад, оплакивали Бадри Иаманисдзе, который первым выехал на ристалище. Его противник Азарманик выступил вслед за ним. Тогда обратились вельможи к царю и царевне с просьбой такой: "Воспрепятствуйте поединку этому, а то может погибнуть тот, с кем вы собираетесь породниться". Но не смогли вельможи уговорить царя и царевну, и тогда обратились они к Азарманику, умоляя его не вступать в бой. Рассвирепел Азарманик, стегнул плетью коня и, наехав на вельмож, поверг их наземь.

Когда Азарманик появился на ристалище, мы поглядели на него и решили, что не походит он ничем на двух сраженных витязей.

Прислал он железную пику, длиной в десять локтей, и предложил: "Я себе тоже возьму такую, и сразимся мы нынче".

Взял Бадри Иаманисдзе в руки пику, испробовал ее. Обошли кони, гарцуя, друг друга, и сразились витязи. Длился бой с утра до наступления сумерек, но ни один из них не добился перевеса. Тогда повернул Азарманик коня к городу, а Бадри Иаманисдзе вернулся к своим.

Доложили вельможи царю обо всем и так заключили речь: "Никто не сможет осилить того человека, с которым ты заставил сразиться Азарманика, и не пришли они ни к чему. Так не заставляй их больше испытывать силы".

Сам царь хотел того же, но не мог он уговорить царевну.

В ту ночь сидели мы за столом и пировали. Вдруг кто-то вызвал Юсиба. Вышел Юсиб и долго не возвращался. Наконец явился и такой повел разговор: мол, если не одарите, – не скажу ничего. Обещал ему Бадри, поклявшись, и тогда доложил Юсиб:

"Прислала невеста твоя в подарок коня". Так обрадовался этому Бадри Иаманисдзе, будто весь мир ему подарили.

Позвали посланца царевны, а потом привели коня, покрытого паласом меховым и златотканым. Ничего, подобного этому коню, не видел глаз человеческий. И передал посланец слова царевны: "Белый твой конь устал от многих войн и сражений. Ныне сразись с Азармаником на этом коне".

Ответил Бадри Иаманисдзе благодарением царевне и еще сказал: "Понимаю я, что хотела сказать, о царевна, ты этим подарком: если вчера показался ты мне неудачливым, то ныне покажись совсем другим. Знаю я, что ты и отец твой хотите смерти Азарманика, и я сражу его в поединке. Больше этого чего вам еще?! ".

А утром послал Бадри Иаманисдзе человека к царю с просьбой: "Вели, о царь морей, Азарманику сразиться со мной. Наш поединок вчерашний был забавой. И пусть он скроет под доспехами уязвимые места свои. Я тоже так поступлю, и мы будем биться до решающего исхода".

Удивились царь и его приближенные такому рвению ратному. И царь послал ему ответ:

"Готовься к завтрашнему дню".

В ту ночь сели мы пировать, и снова явился посланец от царевны и вызвал Юсиба.

Вернувшись, Юсиб доложил: "Прислала невеста твоя меч и велела передать: пристегни его к поясу и этим мечом сражайся".

Хвалу воздал мечу Бадри Иаманисдзе и благодарность царевне, и так ответил: "Узришь ты завтра, плохой ли будет муж у тебя".

Наступило утро, и снова царь и царица заняли свои места, а царевну усадили посредине. Сидела она, солнцеликая, в таком лучезарном одеянии, что само солнце, казалось, поблекло перед ней. Расселись и вельможи, и весь город вышел смотреть.

Заиграли трубы, забили барабаны, но плакали все, потому что думали, что осилит Азарманик своего противника. Вот выехал Азарманик, и, клянусь вами, страшен был его вид. Все места, уязвимые для меча, были прикрыты на нем и на коне доспехами.