Я завернула край своего покрывала, освободив ему место.

– Спасибо, – поблагодарил он, усаживаясь. – Я уже начал думать, что придется простоять весь концерт.

– Вам нравятся «Попс»? – вежливо спросила я.

Он был моложе меня. Непокорные темные волосы. Большие черные глаза. Стройный. Майка с надписью «Жизнь хороша». Широкие шорты с большими карманами.

– Они в порядке, – пожал плечами парень. – Правда, музыка не моя. Но я люблю раствориться в толпе, особенно когда всем хорошо. Не люблю сидеть дома. Да и делать особо нечего.

– Я тоже. То есть не люблю сидеть дома. Сама я из Мичигана, так что, можно сказать, выросла на природе.

Парень протянул руку. Я заметила у него на пальце серебряное кольцо с непонятной гравировкой.

– Кстати, меня зовут Финн.

Я пожала протянутую руку:

– Клер.

– Привет, Клер. Что вы делаете в городе? Приехали погостить?

– Нет. Живу. Вместе с…

Я осеклась. Приключение.

Я могла стать совершенно другим человеком, пусть всего на один день.

Клер, Буйная и Неукротимая.

С обручальным кольцом на пальце.

Обратил ли он на это внимание? Имеет ли это какое-то значение?

– Приехала сюда вместе с подругой по колледжу после окончания, – солгала я. – Просто взяла и осталась. Сама не знаю почему.

Финн засмеялся:

– Да, так бывает иногда. Что-то случается помимо твоей воли. А вот я здесь по делу. Я в Беркли. Изучаю джаз.

Музыкант! У меня еще не было ни одного знакомого музыканта! Если не считать учителя музыки в моей школе…

– А на чем вы играете? – спросила я.

– Чуть-чуть на гитаре, чуть-чуть на контрабасе. В основном на саксе.

Гром ударил так неожиданно, что я подскочила. Толпа разразилась восторженными криками.

– Начинается! – взвизгнула какая-то женщина.

– Смотрите! – оживился Финн. – В грозу у меня волоски на руках дыбом встают! Здорово, правда? Словно каждый нерв в теле оживает.

– Вот как? – находчиво отозвалась я. – Ну да. Но не стоит ли нам… не знаю, уйти, что ли? Это может быть опасно, особенно если вдруг молния…

– Ни за что! – ухмыльнулся Финн. – Здесь вполне безопасно. Слушай, давай я пересяду на твое покрывало, а моим прикроемся! И будем слушать концерт. Отпразднуем независимость от матери-природы!

И мы стали праздновать! Кит Локарт и его оркестр мужественно играли в продолжение короткой грозы и долгого моросящего дождика. Толпа поредела, но совсем немного. Общее настроение было приподнятым.

– Сегодня все пустились на поиски приключений, – сказала я себе, сидя так близко к Финну, что наши руки соприкасались каждый раз, когда кто-то поднимал стаканчик с вином или устраивался поудобнее.

Наконец заиграли увертюру «1812 год», и в воздухе рассыпались огни фейерверка. Спектакль разворачивается точно по программе. Почти как всегда.

Мой отец обычно пренебрежительно фыркал, называя подобные зрелища очередным опиумом для народа.

Когда шоу окончилось, я ощутила неизбежное адреналиновое похмелье и ужасный упадок духа, заставляющий спрашивать себя, стоило ли того возбуждение.

– Итак, – пробормотала я, неожиданно испугавшись, что приключение завершится слишком скоро.

– Итак, – в тон мне повторил Финн, раскачиваясь на каблуках.

– Тебе нужно где-то быть? – выпалила я, вставая.

Завтра – назад, к повседневному однообразию.

Затишье после шторма.

– Нет, – покачал он головой.

Большим пальцем я повернула обручальное кольцо камнями к ладони.

– Хочешь выпить или еще что-нибудь? – спросила я.

Клер Дерзкая и Свободная.

Глаза Финна загорелись.

Я не видела такого взгляда с самых первых встреч с Уином.

Взгляда, полного желания.

– «Выпить» – звучит неплохо. «Еще что-нибудь» – звучит куда лучше.

– Или еще что-нибудь, – пробормотала я едва слышно.

Финн сжал мое лицо ладонями, и мы поцеловались. Он отстранился первым. У меня кружилась голова.

– Пойдем ко мне? – спросил он, смахивая большим пальцем дождевые капли с моих щек.

От него так хорошо пахло. У него были красивые руки. Плоский и упругий живот.

– Я сейчас живу один. Сосед уехал домой на праздники.

Хватит ли мне храбрости поехать к Финну?