Ум не знает трех времен. Ему известны только два: прошлое и будущее. Настоящее не существует для ума. Существующее не существует для ума, а несуществующее существует.

Поэтому все усилия сводятся к тому, как выйти за пределы ума, выйти из несуществующего и стать посередине, где и есть существование.

Как быть в настоящем? В этом вся суть медитации. И в тот момент, когда вы в настоящем, просветление является побочным продуктом этого.

Все искусства имеют свое начало в медитации, но все искусства ушли далеко от медитации — и это бедствие. Иначе бы каждый художник, каким бы ни было его искусство, нашел бы путь к медитации. Но, похоже, что так не бывает.

Наоборот, большинство современных художников, музыкантов, поэтов, танцоров, скульпторов заканчивают безумием скорее, чем достигают медитации — а это другая крайность медитации. И причина в том, что в оригинальных источниках важны промежутки между словами, а не слова. Но, по прошествию времени, слова стали важнее, чем промежутки.

Ни один человек, будучи медитативным, не совершил самоубийства, не сошел с ума — по той простой причине, что он движется к большей уравновешенности, к большей внутренней гармонии и, в конечном итоге, к абсолютной гармонии — и это гармония не-ума.

Достичь не-ума — это достичь всего.

Нет ничего больше этого, потому что это — мир, тишина, блаженство.

Не-ум — это божественность, бессмертие, вечность.

Западная психология все еще блуждает вокруг корней. Она еще даже не прикасалась к листве, к цветам, к плодам. У нее нет проблемы идти в не-ум. Она даже не смогла еще узнать весь ум. А, не зная всего ума, вы не сможете выпрыгнуть в не-ум.

Не-ум — это реализация.

Не-ум — это просветление.

Не-ум — это освобождение.

Ученые никогда не смогут понять бездонную глубину, темноту и таинственную часть своих собственных умов.

Если имеется только одна наука, то может быть только одна религия. Если одной науки будет достаточно для того, чтобы исследовать объективный мир, то и одной религии будет достаточно, чтобы исследовать внутренний мир. человека. И этой одной религии не нужны будут никакие дополнения — ни христианство, ни индуизм, ни даосизм...

Так же, как наука — просто наука, религия будет просто религией.

По-моему, будет только одна наука с двумя направлениями: одно направление — работающее с внешним миром, другое — работающее с внутренним. Мы можем даже избавиться от слова «религия».

Основное правило науки состоит в том, чтобы пользоваться минимумом предположений. Так что зачем использовать два слова? Достаточно одного. А «наука» — прекрасное слово, оно означает «знание».

Знание другого — это один аспект, знание себя самого — другой; но «знание» объединяет и то и другое.

Если вы готовы открыть новую дверь в свою жизнь, если вы готовы слушать сердцем, то все, что я говорю, является таким простым, что нет необходимости верить этому, потому что нет способа не верить этому. Это так просто, что нет возможности сомневаться в этом.

Поэтому я против верования — по той простой причине, что все мое учение не нуждается в веровании. Я весь за сомнение, потому что в моем простом учении вы не можете сомневаться.

Наши условности не позволяют нам быть естественными. Наши условности с самого начала учат нас, что мы должны быть чем-то большим, чем природа, что быть только естественным — это быть животным, что мы должны быть сверхъестественными.

И это кажется очень логичным. Все религии учат, что быть человеком значит подняться над природой. И они веками убеждали человечество подняться над природой.

Никто не добивался успеха в возвышении над природой. Все, чего они добились — это разрушения своей естественной непосредственной красоты, своей невинности.

Когда зрелый человек снова становится ребенком. Между обычными детьми и возрожденными существует разница. Обычный ребенок невинен, потому что он невежественен. А возрожденная невинность — это величайшая ценность в жизни, потому что это не невежество, это чистый разум.

Одна невинность становится невежеством.

Один разум становится хитростью.

Но вместе они ни невежество, ни хитрость, а просто восприимчивость, открытость... сердце, способное удивляться самым маленьким вещам в жизни.

А человек, который знает чувство удивления, по-моему, религиозный человек. И это благодаря своему удивлению он узнал, что существование — это не только материя, оно не может быть только материей. Для него это не логическое заключение и не вера, а реальное переживание. Настолько прекрасное переживание — такое таинственное, необъяснимое — проявляющее в себе огромный разум.