– Это моя книга клиентов, – пояснил он. – Каждый раз, как в магазин заходит покупатель, я разговариваю с ним, выясняю, что ему нравится, а после записываю сюда марку его любимого табака или сигарет, сорта сладостей и вечером заучиваю все наизусть. Возьми книгу. Проверь меня.

Озадаченная Роза открыла книгу и прочла: «Мистер Г. Блейк».

– Годфри Блейк, – сказал Майкл, – проживает на Годманчестер-роуд, выкуривает в день сорок «Плеер Вейт». Раз в неделю покупает пачку «Крейвен Эй» для жены, которая курит только по уик-эндам. У него есть сын, служит в Северной Африке, дочь – в Женской вспомогательной службе ВВС. Сам он – помощник уполномоченного по гражданской обороне, был ранен в бедро под Ипром, тайно влюблен в Дженет Гейнор. Питает слабость к мятным леденцам, я всегда даю ему один-два, если у него выходят купоны. Он платит мне полкроны за то, что я мою его машину по воскресеньям.

– Ну и ну! – сказал тетя Роза. – Мистер Тони Адамс?

– Подполковник авиации Энтони Адамс, – сказал Майкл, – штаб ВВС в Уитоне. Его возлюбленная, Венди, работает под Уисбичем, в подразделении «Земледельческой армии» [197] , два раза в неделю он ездит туда на мотоцикле, чтобы увидеться с ней. Курит табак «Парсонс Плеже», уже растертый, в офицерской кантине его не продают, любит анисовое драже, а для Венди покупает шоколад «Фрайс Файв Бойс».

– Майкл. Зачем ты все это заучиваешь?

– Да затем, что эти люди курят и покупают сладости. В первый раз мистер Блейк заглянул в магазин просто потому, что шел мимо. Теперь он, чтобы попасть сюда, дважды в неделю проходит лишние полмили. Когда после войны дело начнет расширяться, привязанность клиентов станет для нас очень важной.

– Когда дело?.. Нет, вы его только послушайте. Майкл, это же всего-навсего лавочка.

– Это зерно, тетя Роза. Так вот, через неделю я возвращаюсь в школу. В будние дни хозяйничать тут будете вы с тетей Ханной. Я оставлю вам эту книгу. Постарайтесь тоже выучить ее наизусть. Всем следует знать ее назубок – Данни, Дите, Мириам – всем, – чтобы они могли, когда помогают вам по выходным и после школы, внушать покупателям ощущение их значимости.

По мнению семьи, судьба Майкла была предрешена – как если бы он родился принцем Уэльским. В Майкле была сила – только и всего.

В следующие школьные каникулы, по мере того как близилась к концу война, дело и впрямь начало расширяться – то самое зерно проросло и дало побеги. Добавилась разноска газет – утренняя работа для Данни, его сестры и кузин; на полках маленького торгового зальчика стало тесновато от хлеба, картошки, цветов и все более разнообразных консервных банок, и в конце концов Майкл с Ричардом решили, что имеет смысл купить соседний дом, пробить в смежных стенах дверь и создать тем самым уменьшенную копию магазина «Отечественные и колониальные товары».

В 1947-м Майкл получил стипендию, позволявшую ему поступить в Кембридж, и отклонил таковую.

– Теперь можно по-настоящему заняться делами, – сказал он.

Однако отклонить пришедшую на следующий год повестку о призыве на военную службу было не так легко. Давний защитник Майкла по подготовительной школе, Эдвард Уоллис, получивший отсрочку для учебы в Оксфорде, который он как раз в то время заканчивал, уговорил Майкла подать вместе с ним прошение о зачислении в Королевский норфолкский полк.

– Не бог весть что, и отлично, будем с тобой петухами в курятнике. Получим кучу времени для скачек и женщин.

Как-то раз, еще обучаясь в Уилтшире на офицера, Майкл прочитал рассказ Соммерсета Моэма и почерпнул из него идею, которую давно искал. Речь в рассказе шла о жившем в городе одного из центральных графств молодом человеке, которому однажды под вечер понадобилась пачка сигарет. Он пошел по улицам, отыскивая табачную лавку, и протопал добрую милю, прежде чем нашел ее. Вместо того чтобы забыть об этом и идти себе дальше, молодой человек вернулся туда, где его посетила мысль о сигаретах. «Открою-ка я здесь табачную лавочку, – сказал он себе, – ее здесь явно не хватает». Предприятие ожидал громовый успех. «До чего же все просто», – подумал молодой человек. Последующие двадцать лет он разъезжал по городам Британии и бродил по их улицам, ища сигареты. Всякий раз, обнаружив место, с которого за сигаретами приходилось ходить далеко, он открывал очередной магазин. К тридцати пяти годам молодой человек стал миллионером.

– Ну, Тедвард, – сказал Майкл своему другу Уоллису, – Бог да благословит мистера Моэма.

– А ты не думаешь, – спросил Уоллис, – что кто-то другой уже мог попробовать проделать этот фокус?

– Тебе следует понять, Тедвард, что «другие» никогда ничего не «пробуют». Они оставляют это занятие людям вроде нас с тобой.

– Меня, дорогуша, можешь со счетов сбросить, – ответил Уоллис. – Тут попахивает работой.

Полтора года спустя Майкл познакомился с леди Энн Брессингэм, и это знакомство дало ему цель, для достижения которой стоило потрудиться. В ту пору ей было одиннадцать, а Майклу еще не исполнилось двадцати, и все же он с самой полной, какая только бывает, уверенностью осознал, что из девочки вырастет именно та женщина, какая ему нужна. Уоллис обозвал его извращенцем.

– Нет, Тедвард, нет, ты не понял. Тут все дело в улыбке. У нее правильная улыбка. Сейчас она просто костлявая девочка, но я знаю, кем она станет. Важны не глаза, не красота, не фигура – только улыбка. Когда она улыбнулась, я сразу все понял. Это же так просто.

К 1955-му Уоллис имел случай заметить однажды, что газетно-табачные магазинчики Логана стали на главных улицах английских городов таким же привычным зрелищем, как собачий помет и светофоры.

– Рационирование одежды скоро отменят, – сказал Майкл. – Людам понадобится хорошая, умело пошитая одежда, яркая и дешевая. Подросткам потребуются американские джинсы. Пора заняться всем этим.