В это время в Индии было всего четыреста миллионов человек. Теперь в Индии девятьсот миллионов человек, - население удвоилось, - а к концу века оно выйдет за пределы миллиарда. Впервые она станет величайшей страной мира по численности населения. До сих пор лидировал Китай, но Китай оказался более здравомыслящим, внедрив контроль рождаемости, потому что он больше не находится под влиянием религиозных суеверий.

Но Индия все еще живет под влиянием множества религиозных суеверий, которые соглашаются, что контроль рождаемости - против Бога. К концу века почти пятьсот миллионов человек в Индии будут умирать от голода. И, кажется, им ничем нельзя помочь.

Эттли был прав в том, что старался выбраться как можно быстрее, иначе вся ответственность легла бы на Британию. Эттли решил, что 1948 год был крайним сроком. Но Маунтбаттен, видя Индию, подумал, что расчеты Эттли были чисто теоретическими; она уже умирает. Он поторопился, и вместо того чтобы дождаться 1948 года, дал Индии свободу в 1947 году.

Индия думает, что стала свободной, и это совершенно неправильно. Теперь она более несвободна, чем когда-либо раньше. Теперь она зависит в технологии от Советского Союза, Теперь она зависит в финансовой помощи от Соединенных Штатов. Теперь она начинает зависеть даже от таких наций, как Япония. А на фасаде вывешена свобода. Если Советский Союз отвернется от Индии, Индия развалится в то же мгновение.

Такая же ситуация везде, даже в этой маленькой, красивой стране, состоящей из очень славной группы ненасильственных людей. Они верят в демократию, они думают, что живут в демократии, но реальность состоит совершенно в другом.

Только пять дней назад все три партии, составляющие коалиционное правительство, и президент, согласились дать мне разрешение на постоянное проживание. Но как только об этом услышал американский посол, немедленно он осведомился: «Что делать?»

Он позвонил президенту и сказал:

– Выбор за вами - вы свободны, у вас демократия, мы ничего не можем вам навязать - но это послание из Белого Дома: если этому человеку будет дано разрешение на постоянное проживание здесь, в Уругвае, все займы, которые мы собирались вам предоставить, - а они составляют миллиарды долларов, - будут приостановлены. Кроме того, мы потребуем возврата миллиардов долларов, которые дали вам в прошлом. Если вы не можете их вернуть, мы поднимем годовой процент. Вы можете выбирать - вы свободны.

И эта бедная страна, маленькая страна, хотя и хотела, чтобы я был здесь, не может этого себе позволить: эта страна умрет, если помощь прекратится, и им придется выплачивать старые займы, для чего у них нет средств. Немедленно нам сообщили, что это будет невозможно, и Белый Дом проинформировали, что шантаж удался.

Это сущий шантаж. Но я собираюсь обнажить его перед всем миром. Это было сделано таким образом, что о нем никто не знает: люди Уругвая не знают, даже сотрудники правительства не знают. Только президент знает, что его шантажировали, что ему угрожали.

А когда послание, что они передумали, достигло Вашингтона - на следующий же день они были вознаграждены, вознаграждены немедленным предоставлением займа в сто пятьдесят миллионов долларов - которого не было в бюджетном плане, и который явился полной неожиданностью. А двести миллионов прошлых займов в прошлом были отброшены, стерты; их больше не потребуют. Поэтому в целом награда составила триста пятьдесят миллионов долларов. И займы, о которых было решено раньше, будут продолжаться, но эти триста пятьдесят миллионов долларов...

Если бы у президента было какое-то чувство чести, он выдал бы мне комиссионные! Если бы не я, он не получил бы этих трехсот пятидесяти миллионов долларов. И если так будет и дальше, я могу просто переезжать из одной страны в другую; это хороший бизнес.

Но это не демократия, это не свобода.

Фактически, объехав вокруг света, я пришел к заключению, что в мире есть только две страны: Соединенные Штаты Америки и Советский Союз. Все остальные страны - только марионетки. Им дали немного более длинный поводок, и они называют это «свободой», но поводок находится либо в советских, либо в американских руках.

Наверное, вы бывали в театре марионеток - когда марионетки танцуют, обнимают друг друга, делают всевозможные вещи, а за занавесом стоит кукловод, который тянет их за веревочки. Если бы у этих марионеток были души, они думали бы: «Боже мой, эта девушка такая красивая; я влюбляюсь», - но все делает кукловод. Ни ты не влюбляешься, ни девушка, но для публики и для вас самих... Кукловод дает представление, и ты обнимаешь девушку и целуешь ее, и даже говоришь: «Я люблю тебя, и буду любить всегда».

В Индии есть долгая традиция, которая верит, что все мы марионетки; Бог - кукловод. Он тянет за веревочки - мы танцуем, мы поем, мы радуемся, мы плачем, мы рыдаем, мы несчастны, мы счастливы. Все находится в его руках.

Я против всей этой идеи, потому что если есть кукловод, человека не существует; тогда у человека нет никакой свободы, только фасад. Все устраивают очень красиво - тайком, подпольно, - тогда как на поверхности все тихо и спокойно.

Уругвай никогда не узнает, что здесь был незнакомец, и он полюбил эту страну и ее людей и захотел в ней остаться. И он был абсолютно безвреден.