Она посмотрела на него. Теперь Харри понял. Слезы, которые блестели в уголках ее глаз, были не от смеха.

— И это все? — Харри попытался улыбнуться. — Или ты, как и все в СБП, засекречена?

Ракель кивнула.

К их столику подошел официант, но, очевидно поняв, что сделал это не вовремя, снова удалился.

Ракель открыла рот, собираясь что-то сказать. Харри увидел, что она готова заплакать. Ракель закусила нижнюю губу, положила на стол салфетку, рывком отодвинула стул, встала и, ни слова не говоря, ушла. Харри сидел и смотрел на салфетку. Должно быть, она долго сжимала ее в руке, подумал он. Салфетка скомкана в шарик. Харри долго смотрел на комок, а тот раскрывался, будто белый бумажный цветок

Когда офицера полиции Халворсена разбудил телефонный звонок, мерцающие цифры на электронном будильнике показывали 01.20.

— Это Холе. Я тебя разбудил?

— Да нет, — ни на секунду не задумываясь, соврал Халворсен.

— Я тут раздумывал о Сверре Ульсене.

Судя по сбивчивому дыханию и шуму машин на том конце, Харри шел по улице.

— Знаю, что тебе нужно, — сказал Халворсен. — Сверре Ульсен купил пару ботинок «Комбат бутс» в магазине «Совершенно секретно» по улице Хенрик-Ибсенсгате. Ульсена опознали на фотографии и даже сообщили нам дату покупки. Оказалось, перед Рождеством КРИПОСовцы уже побывали там и проверяли его алиби по поводу дела Халлгрима Дале. Но сегодня я уже отправил об этом факс.

— Я знаю, сейчас я как раз возвращаюсь оттуда.

— Сейчас? Разве ты не собирался пойти этим вечером в ресторан?

— Ну. Мы поужинали по-быстрому.

— И ты вернулся на работу? — недоверчиво спросил Халворсен.

— Ну да, конечно. Твой факс навел меня на кое-какие размышления. Не мог бы ты разузнать для меня еще кое-что?

Халворсен застонал. Во-первых, Мёллер недвусмысленно дал понять, что Харри. Холе больше нельзя подпускать к делу Эллен Йельтен. А во-вторых, была суббота, завтра — выходной.

— Халворсен, ты меня слышишь?

— Да-да.

— Представляю, что тебе сказал Мёллер. Наплюй на это. У тебя есть возможность узнать кое-что новенькое о работе следователя.

— Харри, дело в том, что…

— Помолчи и послушай, Халворсен.

Халворсен мысленно выругался. И приготовился слушать.

Еще в прихожей, вешая куртку на пустую вешалку, Харри уловил запах свежепожаренного кофе.

— Спасибо, что откликнулись так быстро, Фёуке.

— Да ладно вам, — буркнул из кухни хозяин. — Таким старикам, как я, всегда приятно помочь молодым. Если, конечно, я могу вам помочь.

Фёуке налил кофе в две большие кружки и сел у кухонного стола. Харри провел кончиками пальцев по тяжелой темной дубовой столешнице.

— Из Прованса, — похвастался Фёуке. — Жене нравилась французская крестьянская мебель.

— Замечательный стол. У вашей жены был хороший вкус.

Фёуке улыбнулся:

— Вы женаты, Холе? Нет? И не были женаты? Я б на вашем месте с этим не затягивал. Знаете, от одинокой жизни можно спятить. — Он рассмеялся. — Я знаю, о чем говорю. Мне было тридцать, когда я женился. Я женился поздно. В мае пятьдесят пятого.

Фёуке показал на одну из висевших над кухонным столом фотокарточек.

— Так это ваша жена? — удивился Харри. — А я думал, это Ракель.

Фёуке в недоумении уставился на него, потом сказал:

— Ах да, конечно. Совсем забыл, что вы с Ракелью знакомы по СБП.

Они пошли в гостиную. С прошлого раза кипы бумаг еще подросли и теперь высились на всех стульях, кроме того, что стоял у бюро. Фёуке расчистил место у загроможденного журнального столика.

— Что-нибудь выяснили о тех людях, о которых я вам говорил в прошлый раз? — спросил он.

Харри вкратце рассказал ему об этом, потом добавил:

— Тем временем у нас появляются новые обстоятельства. Убили женщину-полицейского.

— Я что-то читал в газете.

— Это конкретное дело, похоже, уже раскрыто, мы ожидаем только результатов анализа ДНК. Фёуке, вы верите в совпадения?

— Не особо.

— Я тоже. Поэтому когда в двух, казалось бы, не связанных друг с другом делах вдруг появляются одни и те же люди, я начинаю задавать себе вопросы. В тот вечер, когда убили нашу сотрудницу, Эллен Йельтен, она оставила мне на автоотвечик сообщение: «Теперь ему не уйти».

— Юхан Борген? [47]

— Что? А, это? Нет, не думаю. Она помогала искать человека, связанного с покупкой винтовки Мерклина. Конечно, необязательно, что между этим человеком и убийцей есть какая-то связь, но такое предположение само напрашивается, учитывая, что она так упорно пыталась связаться со мной. Это дело я расследовал уже несколько недель, но именно в тот вечер она несколько раз пыталась дозвониться до меня. Судя по ее голосу, она была чем-то взволнована. Возможно, чувствовала, что ей грозит опасность. — Харри провел пальцем по столу. — Одного из людей в вашем списке, Халлгрима Дале, прошлой осенью убили. Под аркой, где нашли его труп, среди прочего обнаружили остатки рвотных масс. Вначале никакой связи с убийством не увидели: группа крови не совпадала, а образ хладнокровного профессионального убийцы никак не вязался с человеком, которого рвет на месте преступления. Но КРИПОС, разумеется, не стал отметать возможности, что это блевота убийцы, и слюну отправили на анализ ДНК. Сегодня утром мой коллега сравнил результаты этого анализа с анализом ДНК перхоти с шапки, которую мы нашли на месте убийства нашей сотрудницы. Результаты идентичны.