Шрифт:
Макс поискал глазами, где могут быть ключи. Их не было, перевернутый шкаф лежал на полу. Громов попытался его поднять и спугнул семейство мышей.
Макс подошел к старому пожарному плану здания, стер рукой пыль со стекла. Номер шестнадцать был на втором этаже.
Громов поднялся по скрипучей, но все еще крепкой лестнице, заглянул в темный коридор. Все двери были закрыты. Макс споткнулся обо что-то — это оказался фонарь.
Громов поглядел по сторонам, вспомнив, как Хьюго передавал ему файл омега-вируса под видом склянки с остатками чипа… Похоже, Хрейдмар и сейчас наблюдал за ним, вовремя подавая нужные предметы. Макс поднял с пола фонарь, нажал кнопку.
— Работает, — сказал Макс вслух, скользя лучом света по пыльным, покрытым патиной медным табличкам.
Шестнадцатый номер оказался в самом конце коридора.
Макс тронул дверь рукой — та была заперта. Громов посмотрел вокруг, не появился ли ключ.
В тишине послышался легкий скрип. Макс вздрогнул. Скрип шел от дверного замка. Кто-то его открывал… Будто изнутри. Громов сделал шаг назад. Замок перестал скрипеть. Ничего не происходило. Макс неуверенно протянул руку и повернул ручку. Дверь открылась.
Обычный квадратный номер — кровать, на ней истлевшее покрывало, рядом с кроватью две тумбочки, на полу валяются разбитые плафоны люстры и бра, шорох маленьких лапок повсюду.
Макс вошел и стал искать знак или ждать знака от странных невидимых существ, что сопровождали его, но почему-то медлили.
Макс заметил лежащую на полу кованую решетку, в старых зданиях такими обычно закрывали вентиляцию. Громов посмотрел наверх. В стене была квадратная дыра — на месте отвалившейся решетки.
Макс взял маленький узкий столик, стоявший у окна, переставил его к стене. Попробовал руками крепость, осторожно влез и заглянул в вентиляцию. Внутри лежала тетрадь — старинная, из настоящей линованной бумаги.
Громов осторожно взял ее, открыл.
Крупный заголовок от руки: «Доказательство энергетической теории».
Макс подумал, что это как-то очень наивно для Аткинса — прятать что-то в вентиляцию. Неужели Роберт не мог придумать тайник получше?
Стол, на котором стоял Макс, дрогнул.
— Нет, нет! Не сейчас! — крикнул Громов, прижав к себе тетрадь, но было поздно.
Ножка подломилась, и Громов полетел вниз… снова в бесконечный черный тоннель.
Макс открыл глаза — он лежал в нейрокапсуле. Над ним склонились счастливые Дэз, Чарли и Тайни.
— Ура! — они все кинулись его обнимать. — Ты молодец!
Инферно подошел к Громову и поднял бокал с шампанским.
— Хоть я и тренировал тебя, все же немного грустно расставаться со званием абсолютного рекордсмена, — сказал он.
Из контекста реплик Макс понял, что они прошли арену «Сунь Укун» и сделали это неплохо…
— Десять часов, двадцать минут, три секунды! — воскликнула Дэз. — Макс, ты был просто невероятным! Промчался по своему Пути как огненный шар, мы только и слышали — Громов спас того, Громов спас эту, Громов освободил демона. Владельцы арены в шоке. Все засыпало лотосом, и мир исчез! Представляешь?! Они не могли говорить и ходить, по-моему, тоже не могли. Вообще не понимают, как такое могло случиться!
— Хоффман на десятом месте, — хохотнул Чарли, показывая Максу небольшой медиамонитор, на котором злой Алекс гнал от себя журналистов.
— Видел бы ты физиономию Алекса, когда на него из туч вылетело тако-о-о-е чудище! Его дракон сжег в пепел одним выдохом! — захлебываясь от восторга, сказал Тайни.
Макс улыбнулся. Он только сейчас понял, как тяжело было Бэнксу слушать их разговоры о Кубке Эдена…
«Интересно, кто играл за меня, — с грустью подумал Громов. — Хьюго или Альтер?»
Тут Макс заметил внимательный взгляд Евгения Климова. Громову стало неспокойно. Климов улыбнулся. Макс помахал ему рукой и начал выбираться из нейрокапсулы. Первый день игр завершился.
Олимпийские игры: день второй
Виртуальный командный отсек —
Арена «Нефтяная война: второй шанс»
Макс, Дэз, Чарли и Тайни снова стояли, держась за руки, в белой комнате, ожидая, когда появится дверь и они смогут выйти в загрузочный портал арены.
Макс изо всех сил старался не подавать виду, как сильно он волнуется. Он в отличие от остальных даже представить не мог, что его ожидает сегодня.
«Физически ничто не существует в среде Эдена» — назойливо вертелась в голове фраза Джокера. Это же можно сказать и о Сетевых аренах. Физически ничто на них не существует… Всё — файлы и программы, которые могут принимать форму предметов, еды, людей, воды — какую угодно. Громов понял, что ему снова передают какую-то информацию, возможно, ключи или пароли. Но кто это делает и зачем — неизвестно. Эта неизвестность тревожила Макса сильнее всего.