Она сидела с застенчивым видом, и взор ее, казалось, говорил: "Ах, я знаю, этот благородный и сильный человек меня не обидит". Хотелось защитить ее, погладить по руке и сказать "Ну, ну, полно, детка" или что-то в этом роде. Глядя на Мюриель, я понимал, что ради нее готов на все. Она напоминала собой один из тех безобидных на вкус американских напитков, которые незаметно проникают в ваш организм, после чего вы в мгновение ока решаете перевернуть весь мир, в случае необходимости — силой, задержавшись лишь на минутку, чтобы сказать вон тому громиле в углу, что если он не перестанет пялиться, вы оторвете ему башку. То есть, я хочу сказать, в ее присутствии я чувствовал себя лихим и дерзким, готовым на подвиги, как странствующий рыцарь или вроде того. Я был полностью на ее стороне.

— Думаю, твой дядя будет жутко доволен, — обратился я к Коржику. — Он найдет, что мисс Сингер — идеальная жена для тебя.

Коржик не хотел поверить в лучшее.

— Ты его не знаешь. Даже если Мюриель ему действительно понравится, он никогда этого не признает, тупоголовый осел, и станет брыкаться из принципа. Он посчитает, что я сделал серьезный шаг без его ведома, и тут же устроит страшный скандал. Так и раньше бывало.

Я изо всех сил напряг котелок, чтобы справиться с непредвиденной трудностью.

— Значит, ты хочешь, чтобы мисс Сингер была представлена твоему дяде прежде чем он узнает, что вы знакомы. Тогда появишься ты и…

— Но как это сделать?

А, ну да. В этом-то вся загвоздка.

— Остается только одно, — сказал я.

— Что же?

— Предоставить дело Дживсу. — И я позвонил в звонок.

— Сэр? — Дживс словно вырос из-под земли. Хоть убей — не пойму, как это у него получается: увидеть, как Дживс входит в комнату, можно только если будешь зорко следить. Он похож на тех чудаков-индусов, которые исчезают в воздухе, перемещаются в пространстве в бесплотном состоянии, а потом возникают в целом виде там, где им нужно. У меня есть кузен, он из этих — теософов, и по его словам, он сам несколько раз был близок к тому, чтобы повторить этот фокус, но все никак не выходило — наверное, из-за того, что в детстве он был вскормлен мясом животных, умерщвленных во гневе и хаосе.

Как только я увидел Дживса, являвшего собой почтительное внимание, у меня прямо камень с души свалился. Я радовался, как потерявшийся ребенок, который наконец-то высмотрел отца.

— Дживс, — сказал я, — нам нужен ваш совет.

— Очень хорошо, сэр.

Тщательно подбирая слова, я вкратце описал затруднительное положение Коржика.

— Сами видите, Дживс, насколько это важно. Попробуйте предложить какой-нибудь способ представить мисс Сингер мистеру Уорплу, так чтобы он не знал, что мистер Коркоран с ней уже знаком. Понимаете?

— В точности, сэр.

— Постарайтесь что-нибудь придумать.

— Я уже придумал, сэр.

— Как, уже?

— Замысел, который я осмелюсь предложить, должен принести успех, однако вам может показаться, что он содержит один недостаток, сэр, а именно необходимость финансовых издержек.

— Дживс хочет сказать, — перевел я для Коржика, — что у него есть превосходная идея, но при этом придется выложить немного деньжат.

Само собой, физиономия у несчастного Коржика вытянулась, так как данное обстоятельство портило всю затею. Я же до сих пор находился под воздействием трогательного взгляда Мюриель и решил, что для меня настал подходящий момент выступить в роли странствующего рыцаря.

— В этом ты можешь рассчитывать на меня, Коржик, — заявил я. — Буду рад помочь. Продолжайте, Дживс.

— Я бы предложил мистеру Коркорану, сэр, воспользоваться любовью мистера Уорпла к орнитологии.

— А вам-то откуда известно, что он помешан на птицах?

— Особенности нью-йоркских квартир, сэр. У нас в Лондоне дома совсем другие. Здесь перегородки между комнатами не толще папиросной бумаги. Я не имел намерения подслушивать, но несколько раз невольно слышал, как мистер Коркоран с большим чувством высказывал свое мнение по упомянутому поводу.

— В самом деле? И что же?

— Почему бы юной леди не написать книгу под названием, скажем, "Детям о птицах Америки", посвятив ее мистеру Уорплу? Ограниченный тираж можно выпустить за ваш счет, сэр, а значительную часть книги, разумеется, будут составлять восторженные отзывы автора о более глубокой научной работе самого мистера Уорпла на ту же тему. Я бы рекомендовал сразу же после опубликования направить мистеру Уорплу дарственный экземпляр книги вместе с письмом, где юная леди просит разрешения познакомиться с человеком, которому стольким обязана. Полагаю, это произведет желаемый эффект, но, повторю, финансовые затраты будут ощутимы.

Я почувствовал гордость, какую испытывает артист варьете, после того как дрессированная собачка, с которой он выступает, безукоризненно исполнила хитрый трюк. Я всегда делал ставку на Дживса и знал, что он не подведет. Иногда я просто поражаюсь — с его-то умищем ходить в камердинерах и утюжить мои рубашки! Будь у меня хотя бы половина его мозгов, я бы попытался пробиться по крайней мере в премьер-министры.

— Потрясающая идея, Дживс! — воскликнул я. — Занесите ее в список ваших лучших достижений.