Теперь уже Шард взглянул на брошенный лист. Наверное, Оксилу все-таки удалось пробиться сквозь его подозрительность. Внезапно, словно ему в голову пришла еще какая-то мысль, жрец повернул свою секиру древком вперед…

Однажды Твилла уже видела кузнечную магию — еще когда жила по ту сторону гор, у ведуньи Халди. Камень, который, как считал кузнец, обладал внутренней магией, мог прилипать к кускам железа. Сейчас со старинным серым листом произошло то же самое. Но, прилипнув к древку секиры, лист распался на несколько кусочков неправильной формы.

— Гогалар! — Из глотки Утина, который стоял ближе всех к своему лорду, вырвался гортанный крик. — Гогалар! — закричал подземный воин и топнул ногой. Остальные воины тотчас же подхватили его клич.

Они сломали строй и столпились вокруг Шарда. А пришельцы из леса, чувствуя себя очень неуверенно от близости железного оружия, отступили назад и стали в сторонке плотной группой.

Шард посмотрел на это и снова повернулся к Оксилу:

— Магическая сила, лорд леса, поможет нам во всем разобраться и поведет нас к разгадке. По этому пути не пройти без проводника. Идите, отдыхайте и ждите, пока мы не выясним все, что удастся.

Все направились к подземному дворцу, который Твилла видела заброшенным, а потом снова бурлящим жизнью. Но внутрь Шард их не повел — он понимал, что лесной народ не захочет подходить слишком близко к подземным кузницам. Они расположились на открытой полянке, и к ним сразу же устремились маленькие крылатые ящерицы. Из дворца принесли еду, и все немного подкрепились. Твилла слышала, как люди леса переговариваются между собой, удивляясь необычности окружающего.

Ночи в подземном мире не бывает, и сумерек тоже. Гости из леса ждали довольно долго. Твилла сидела рядом с Илоном. Девушка описывала слепому лорду, что видит в подземном краю. По замечаниям, которые он время от времени отпускал, можно было подумать, что Илон действительно видит все, что описывала Твилла.

— Мы продвигаемся вперед слишком медленно, — неожиданно сказал он. — У моего отца столько железа, сколько лесной народ не может даже представить. Если ему действительно пообещали боевые повозки, их, конечно же, укрепят железом. И тогда ничто не помешает нашим людям вторгнуться в лес и разорять лесные богатства как им вздумается.

— А они сделают это? — спросила Твилла. Илон нахмурился:

— Кто знает? У лесных и подземных жителей могут оказаться такие защитные средства, о которых мы пока даже не подозреваем… Но это же такая глупость! — Илон сжал руку в кулак. — Лесному народу вовсе не нужны поля и равнины. И нашим людям совсем не нужно рубить их гигантские деревья — в лесу полно сушняка, лесные люди его не используют. Если бы нашему народу предложили это…

— В обмен на что? — спросила Твилла.

— Я не знаю, но, может быть, тогда нам не было бы нужды нарушать границы леса.

Плата за то, чтобы никто не нарушал границ лесных владений? У Халди было много старинных книг, и в них говорилось, что такие обязательства никогда не выполнялись.

— Да… — печально ответил Илон.

Твилла почувствовала прикосновение к руке. Оказалось, одна из маленьких ящериц опустилась девушке на руку и, задрав головку, смотрит прямо ей в лицо.

— Кроме всего прочего, у нас остается еще этот проклятый жрец, — напомнила Твилла Илону.

Слепой лорд скривился, словно ему хотелось сплюнуть.

— Да. Еще и жрец… Возможно, самим нам не удастся справиться со всем этим.

— Нам? — переспросила Твилла. — Неужели ты собираешься выступить против своего же народа?

— Я не знаю. Со мной навсегда осталось то зло, которое причинил лес. А ты видела, что делает с ними наше железо. Но я не могу смириться с тем, что затевают жрец Дандуса и те, кто с ним сговорился! — резко сказал Илон.

Они надолго замолчали и спустя какое-то время последовали примеру людей леса, которые улеглись прямо на пышную желтую траву и заснули — все, кроме Вестела, оставшегося на страже. В подземном дворце кипела бурная деятельность, но никто ни разу не приблизился к полянке, на которой отдыхали пришельцы из леса.

Их пробудили звуки рога. Из дворца вышел Шард с отрядом воинов и направился к лесным людям. Рядом со жрецом топал Утин. В нескольких шагах от Оксила и его товарищей Утин остановился и еще раз протрубил в рог.

Где-то в густой траве раздался ответный рев, трава зашевелилась, оттуда высунулась огромная клыкастая голова, а затем на поляну вышел гигантский кабан — точно такой же, как тот, что сопровождал Твиллу вдоль реки.

Вепрь повернул тяжелую голову к пришельцам из верхнего мира, но, проходя мимо них, только разок фыркнул. Шард поднял секиру, приветствуя огромного кабана, тот хрюкнул в ответ — это было похоже на своеобразный разговор.

С той же легкостью, с какой Шард переходил на гортанную речь подземного народа, жрец начал издавать какие-то хрюкающие звуки. Кабан хрюкал в ответ. Гигантский вепрь снова повернул голову к пришельцам из леса, которые уже поднялись на ноги. Потом кабан развернулся и побежал — неожиданно проворно для такого массивного животного.

Шард поспешил следом за огромным вепрем. Проходя мимо Оксила и его спутников, Шард махнул секирой, приглашая присоединиться к нему. Отряд маленьких воинов уже спешил следом за своим вождем. Так они прошли через поле, поросшее густой желтой травой, и вышли на каменистое место, окруженное, словно рекой, насыпью из гравия.