Он наполнил его своей мочой, вперемешку с кремом.

Стал выдавливать оттуда этот 'коктейль', пичкая торты, фаршируя их этим 'кремом'.

Вот так на продажу в бакинские магазины поступили несколько таких вот тортов.

И спустя пару дней на фабрике произошел скандал: пришел заявитель

– жалобщик, который сам лично пробовал тот самый ''торт'' Руслана и уверял, что торт, который он поел, был пропитан мочой.

Доказать кто это сделал было конечно трудно, но однозначно одно: тот заявитель, так сказать, пострадавший, работал в системе

Налоговой инспекции, и мочу он съел далеко не случайно. Это наказание.

Был такой сотрудник МНБ Рауф Ахмедбеков. Сегодня он уволен в запас, офицер в отставке. Я его лично знаю очень хорошо, даже слишком хорошо. Не суть.

Он всегда считал себя правым, на любой вопрос в жизни у него был готовый ответ. Уже готовый изначально, заведомо, заранее! Даже если эти вопросы касались экологии, философии или же сельского хозяйства.

Однажды он, играя в футбол, на ровном месте(!) поскользнулся и рухнул на землю. По его словам, будто невидимая сила взяв его на руки швырнула со всей силой на землю. В результате тройной осколочный перелом. Он после этого месяца 4 не выходил на работу.

Это произошло давно, но он до сих пор немного прихрамывает, даже сейчас.

То есть! Это расплата, наказание. Разумеется, само собой, что сам товарищ Ахмедбеков этого не понял, посчитав свой перелом за нелепую обидную травму.

Мне это все смешно'.

– И мне смешно, Туби. Так, закончили? – громко спросил Чарли.

– Нет, я еще остался.

– А ты кто такой? Как звать тебя.

– Шели.

– Так, есть еще кто нибудь кроме Шели?

– Есть!

– А ты кто?

– Ишмаэль.

– Так, ребятки, давайте быстренько, ясно. Начинай ты, Шели. Что у тебя?

– Я буду краток. Тема озарения.

– Говори.

– Начну с анекдота.

Землянин встречает на поту своем инопланетянина.

– Привет – инопланетянин! (жмет руку)

– Тише землянин, это не рука.

'Это так, для начала. В одной книге я запомнил сцену: в темном сарае притаилась какая то скотина, и не хочет оттуда вылезать.

Собралась толпа, а дело было ночью, кругом темно, и плюс к тому это происходило в XII веке, то есть электричества нет, свечей рядом не оказалось, ну и вот, толпа судачит, мол, как вытащить из сарая это животное.

Три смельчака все же вошли в сарай и попытались на ощупь в темноте определить, что это за животное.

Один приласкав длинную морду скота, шепнул:

– Кажись, это слоненок.

Другой потрогав шерсть, возразил:

– Не – а, ты что, это жеребец.

А третий схватив скотину за хвост, заорал на всю округу:

– Я понял, да вы что? Это осел, ослик!

В этот момент принесли свечи, зажгли их и аккуратно вошли в сарай. Выясняется, что это животное: тигр. Он притаился и терпел, как люди в темноте его щупают, и ждал, пока эти тугодумы при маленьком свете выяснят, кто же он такой на самом деле.

Узнав о хищнике люди разбежались, шарахаясь в стороны.

Хорошая, поучительная история. Достаточно небольшого света, как многое проясняется, встает на свои места'.

– Поаплодируем ребятки, поаплодируем! Теперь давай ты, Ишмаэль. У тебя что?

– Тема спирали.

– Чего, чего?

– Спирали! Это показатель развития…

– Говори, мы тебя слушаем.

'Ну…спираль представляет собой пружину, которая делая круг, поднимается выше, как бы на второй этаж, и там делает еще один круг.

Все мы топчемся на одном месте, крутимся и вертимся, ходим по кругу, и никак не можем выйти на иной, более высокий уровень.

Это и есть принцип спирали: делается круг, а потом тело отталкиваясь от старой точки поднимается выше, на второй этаж, совершая при этом вращательные движения.

Происходит принцип спирали, отсюда исходит развитие.

По образованию, и по призванию кстати тоже, я журналист.

В 2005 году очень часто я писал комментарии и их помещали на различные иностранные сайты.

Комментарии были разные: политические, экономические, религиозные, научные.

Я получал массу писем, откликов, рецензий на свой электронный адрес.

Но развития в своем творчестве я не наблюдал. Во всех моих комментариях не было конкретики, силы, хотя по своему я писал не плохо, это по мнению читателей.

Но в любом случае в моих писанинах не хватало силы личности, я не переходил на личность.

Однажды меня осенило: а не написать ли мне о своей телефонной беседе с Туркменбаши? С этим туркменом, Ниязовым. Ясно, что такой беседы не было и в помине, это фиша, липа, но это будет наглым, авантюрным шагом с моей стороны.