– Я просил документы только фрау Розенкранц, – сказал он.

– Но их две, mein Herr.

Банкир просмотрел обе папки, все больше мрачнея.

– Но... но... Я не понимаю, фрау Розенкранц. Вы открыли у нас два счета?

– Правда? – спросила Эдит.

Фишер выгнал ассистентов из комнаты.

– Да, конечно. Посмотрите вот сюда. А... ну да, – его недоумение частично рассеялось. – Вы были здесь три недели назад со своим сыном Маркусом и открыли доверительный счет. Я сам же вас и обслуживал. Я помню, что вы... – затем он замолчал.

Эдит почувствовала, как кровь отхлынула от ее лица. Все дело с Хьюзом было перекручено, запутано и собрано из ряда невероятных совпадений, которые ни один новеллист не рискнул бы смешать в одной книге. И теперь здесь, в банке, случилось последнее из них, обернувшееся катастрофой. Очевидно, настоящая Ханна Розенкранц приехала в Цюрих, чтобы открыть счет для Маркуса, и выбрала для этого престижную Швейцарскую банковскую корпорацию.

Банкир еще раз посмотрел на обе папки, потом на Эдит и, заикаясь, произнес:

– Подождите... нет... да... подождите минуту. Это были не вы. Тогда кто же открыл тот другой счет... Не может быть двух женщин по имени Ханна Розенкранц с одним и тем же адресом и одинаковой датой рождения. Это же совершенно невозможно. Вы, случайно, не родственники?

– Ханна Розенкранц – моя сестра, – выдохнула Эдит с облегчением.

– Тогда вы...

– Я сестра Ханны Розенкранц.

Он приободрился:

– Тогда ваше имя не Розенкранц, ведь это ее фамилия по мужу.

– Да, это так.

– Тогда как вас зовут?

– Я вам не скажу, – дерзко произнесла Эдит. Банкир сложил ладони домиком и через стол наклонился к ней:

– Но вы использовали личность сестры, чтобы открыть счет для себя.

– Все так запутанно... – Оглянувшись, чтобы проверить, не подслушивает ли кто, Эдит понизила голос: – Это семейные проблемы... Я не хочу, чтобы кому-то вообще стало известно о моем счете. Моя сестра Ханна – единственная, кто в курсе. Только ей я могу доверять. Если со мной что-нибудь случится, она сможет забрать деньги, так как она тоже Ханна Розенкранц. Понимаете?

Банкир нахмурился, пытаясь сосредоточиться.

– Нет, это вы должны понять, – сказал он, приняв решение. – Я – человек серьезный и, зная, что вы открыли свой счет с фальшивым удостоверением личности, даже если оно принадлежит вашей сестре, не могу позволить вам быть нашим клиентом.

– Я понимаю и уважаю ваше решение. Поэтому верните те деньги, которые я только что принесла, продайте все ценные бумаги, в которые я вложила деньги, и верните мне всю наличность, и тогда я просто уйду.

Он деликатно откашлялся.

– Но, будучи серьезным человеком, – объяснил он, – я еще и серьезный банкир и не хочу терять такого хорошего клиента, как вы. Это было бы совершенно безответственно с моей стороны. Конечно, если вы уйдете, то отнесете свои деньги в другой банк. Это было бы естественно... но весьма обидно. Я думаю, наилучшим выходом из положения будет перевести ваш счет в наше отделение на Белльвьюплац. – Он откинулся назад, удовлетворенный найденным решением. – Это вас устроит?

Эдит обдумала предложение и затем сказала:

– Почему бы и нет? Вы очень добры...

Фишер взял трубку и набрал номер отделения на Белльвьюплац. Объясняя ситуацию, банкир ни разу не упомянул о том, что Эдит использовала документы своей "сестры" для открытия счета, сказал только, что в отделении на Параденплац слишком много "семейных" счетов. Повесив трубку, он улыбнулся Эдит, излучая радушие:

– Если вы торопитесь, то можете заполнить все формы и организовать перевод прямо сегодня.

Поблагодарив его, Эдит быстро вышла из банка и поймала такси до Белльвьюплац, где уже другой банковский служащий помог ей пройти все формальности, связанные с перемещением счета. Наконец он откашлялся и сказал:

– Как я понимаю, существуют некие финансовые проблемы. На самом деле, я не собираюсь влезать в них. Однако думаю, что было бы мудрее...

Он сделал паузу. Эдит ждала, начиная снова беспокоиться.

– ...придумать кодовое имя для счета, чтобы вы могли его использовать. Организовать дело более, если можно так сказать, осторожно. Какое бы вы предпочли?