– Так ты же сам сказал: Вечный жид – вот этот, на рекламе. А он у них за начальника.

– Да это прикол такой. Ну как раньше царей убивали, когда они не могли уже править, а на их место других сажали.

– А почему этот уже не может?

– А я откуда знаю. Ну, просто не может.

– А-а! Так он импотент. Я понял. Главный не он, а баба. А на кой ей импотент, ей, конечно, другой Вечный жид нужен.

– Вечных жидов скоро резать начнут.

– Почему?

– По качану. Слышал: «Бей жидов – спасай Россию»?

– Так это когда было! В прошлом веке.

– В этом тоже скоро будет. Доиграются они со своим концом света.

– А ты откуда знаешь?

– У меня братан в «Союз русских патриотов» записался. Говорит, вечным жидам кровь пускать – это… как это… божеское… богослужебное… богоугодное дело. Чтобы они не делали из России конец света.

– А-а!

– Ладно, пошли. Там уже ждут, наверно.

Пареньки оставили батарею из четырех пустых бутылок у тумбы с плакатом и зашагали прочь, нетрезво вальсируя на ходу. Батарея моментально подверглась нападению шустрой бабульки, ловко оприходовавшей стеклотару. Роман озабоченно переваривал свежую информацию. Однако он не без основания подозревал, что в благих вестях братства многострадальному Вечному жиду отводилась несколько иная роль, чем предполагали любители двуручного пива. Плакат обещал начало проповеди через пятьдесят минут.

В просторном фойе киноцентра возле двух лотков шла бойкая купля-продажа. Два человека в одинаковых одеждах – синих, свободного покроя штанах и рубахах и коричневых жилетках – торговали кассетами, компакт-дисками, позолоченными крестами размером с ладонь. Роман купил у них билет на проповедь и занял место в заднем ряду.

В назначенный час на сцене появился человек в синем братском облачении – только жилетка на нем была не коричневой, а желтой. Роман узнал брата Кирилла с плаката. Тишина в зале сделалась мертвой, несмотря на очевидный аншлаг. После минуты молчания проповедник начал говорить. Хорошо поставленный лекторский голос был отлично слышен благодаря микрофончику, прикрепленному к груди оратора.

– Чада мои! Восславим Господа за то, что он даровал нам еще одну возможность встретиться и принять в себя Истину. – Брат Кирилл воздел руки кверху и возвел очи горе. По залу пробежало легкое дрожанье голосов, славящих Господа. – Распахните ваши глаза, раскройте ваши уши, насторожите ваш разум – кто мы? где мы живем? в какое время? Страх гложет мир, ибо наступают последние времена. Ад воцаряется на земле. Оглянитесь вокруг – и вы увидите грязь и смерть, беззаконие, насилие, равнодушие. Вы сами – только куски мяса, идущие в пищу тем, кто сильнее вас, хитрее, лживее, тем, кто вечно голоден, потому что ненасытен. Они делают из вас рабов, не видящих впереди ничего кроме страха и тьмы. Они демоны войны – сеют кровавые семена и пожинают смерть. Они губят нашу землю, отравляют наш воздух, омертвляют наши реки.

Гневные речи звучали раскатами грома. Паства, тяжело придавленная к сиденьям яростными словами, слушала в гримасе послушного ужаса.

– Всеми страданиями мы обязаны этим исчадьям злобного духа, имя которому – Агасфер, Вечный жид. У него тысяча имен: Люцифер, Сатана, Вельзевул. Враг многолик и многорук, у него миллионы покорных слуг – они завладели всем: властью, экономикой, прессой, телевидением, финансами, школами, где они учат детей порокам. Копните ваши души поглубже, и вы найдете там привычку ко злу. Вас уже не трогают беспрерывные сообщения о маньяках, каннибалах, садистах и оборотнях. Вы отупели, как стадо баранов, и не видите ничего вокруг. – Брат Кирилл метал громы и молнии, оставаясь неподвижным, как статуя свободы, с возмущенно воздетой дланью. Поникшая паства смиренно принимала очистительные удары.

Далее в течение получаса Роман ознакомился с альтернативно-маргинальным вариантом священной истории и Откровения Иоанна Богослова, изложенным в витиеватой, брызжущей эмоциями манере. Брат Кирилл пророчествовал близкий конец света, который положит предел существованию мирового зла. Искупитель вторично сойдет на землю для Последней битвы с Агасфером-сатаной. Поединок будет страшен! В этом месте голос брата Кирилла возвысился до степеней необычайных. Эта битва сметет все живое с земли. Большая часть человечества, погрязшая во зле, погибнет окончательно и бесследно. Но меньшая часть окажется достойной иной жизни, без смерти и страданий. Спасутся только избранные, которые зовутся Свидетелями Креста. Громы последней битвы уже не коснутся их. Их души перенесутся с обреченной Земли на другую планету – истинный рай в солнечной системе Сириуса, землю обетованную, где возродятся к новой жизни. В тайных пророчествах сказано, что конец света произойдет, когда Вечный жид окажется в богатой просторами северной стране, овеянной вихрями смерти и политой кровавыми дождями. Эта страна – Россия. В пророчествах указано и точное место. На этом месте стоит теперь город, избранный для резиденции Свидетелей Креста – разумеется, не случайно избранный. Община братства в усадьбе на краю города станет конечной целью скитаний Вечного жида. Он уже близко! Разведчики братства следят за его передвижениями. «Гибель и спасение близятся, чада!» – провыл пророк, в экстазе заламывая руки, а затем смолк, тяжело дыша и обводя паству свинцовым взглядом. Роман, повинуясь общему оцепенению, сидел, не шелохнувшись, тревожно глядя на проповедника. А тот, выдержав угнетающую паузу, продолжил:

– Но не думайте, что войдя в братство, вы уже спасены. Вы должны работать над собой, вбирать в себя зло, как губки, чтобы очистить от него мир. Очищая мир от скверны, вы очищаете себя – и будете как боги безгрешными и дарующими себе спасение. Ибо что такое смерть? Это ваше наказание за преступление. Ваше преступление – это живой дух, в котором живет Сатана. Это он заставляет вас растлеваться запретными плодами, быть ненасытными плотски и духовно, искать адских наслаждений. Приключениями духа называют эти сатанинские соблазны. Нет, говорю я вам! Это преступления духа. Вы должны омертвить свой дух. Укрощая и умертвляя его, вы умертвляете и накопленное вами зло.

Брат Кирилл умолк, обрушив на паству тяжелую, неподъемную тишину. После громовых раскатов его голоса, полнейшее беззвучие, стремительно упавшее на головы слушающих, казалось еще более грозным и невыносимым физически. Кто-то в передних рядах забился между кресел в судороге. Но неурядица затронула шорохом суетливых движений небольшой клочок зала. Все остальное наполнение огромного помещения по-прежнему было немым и застывшим. Роману показалось, что головы слушателей – это воздушные шарики с нарисованными на них гримасами. Казалось, воздух сейчас подхватит эти шарики, и они вспорхнут под самый потолок. Но через пару секунд ощущение пропало – зал вновь заполнился голосом пророка, немилосердно сверлящим человеческую плоть.