С обеих сторон хребта перед ними открывалась великолепная панорама. С одной стороны тянулись холмы, плавно переходившие в гряду гор, с другой – простиралась широкая речная долина. Внизу лежал сверкающий треугольник Ларю. Сверху в необъятном просторе неба над ними сияла луна. Горный ветер вздымал их волосы.

В самой высокой точке Саймон заглушил мотор и дальше пустил мотоцикл накатом, до полной остановки.

– Это мое любимое место, – сказал он. – Отсюда ты можешь видеть все. Каждую большую сопку и каждый городок в радиусе сорока миль.

– Здесь даже луна выглядит иначе – так много неба вокруг нее, – сказала Эллен. – Это совсем другой мир. Я никогда не поднималась сюда ночью.

Саймон повернулся посмотреть на нее.

– Есть множество вещей, которых ты никогда не делала, не правда ли?

Эллен оцепенела и отодвинула от его спины свое мягкое теплое тело.

– Что именно ты имеешь в виду? – резко спросила она.

Саймон молча удерживал ее взгляд, позволив себе таким образом ответить ей.

Она слезла с мотоцикла, сняла шлем и отошла назад.

– Пусть я не путешествовала по миру, пусть я не смеялась в лицо пулям и смерти, но это не значит, что я трусиха!

– Я и не говорил, что ты трусиха, – сказал Саймон. – Ты смелая, благородная и добрая. Ты всегда защищала меня, даже когда я этого не заслуживал.

– Не говори глупостей. Конечно, ты этого заслуживал! – Эллен вышла на середину дороги, поворачиваясь кругом и широко раскинув руки, так же пьянея, как он, от лунного света. – Первый раз за долгое время смотрю в небо и вижу бесконечность, – сказала она, покачивая в руке шлем. – Обычно я только гляжу внутрь вазы из синего стекла.

– Смотри, это может быть опасным, – сказал Саймон, охваченный необъяснимым тревожным предчувствием. – Заглядывать за пределы той стеклянной вазы.

Эллен засмеялась:

– Ты пытаешься меня запугать? Разве не ты только что намекал, что я много чего не делала? Определись, Саймон. Не все сразу. Выбери что-нибудь одно.

Он покачал головой.

– Просто я не хочу, чтобы тебя обижали, Эл.

– О, продолжай. Как можно меня обидеть? – Она воздела руки к небу, взывая к луне. – Кто собирается меня обижать, Саймон?

«Я сам», – был четкий ответ, который внезапно пришел ему в голову. Брэд – был второй ответ, почти равный первому. Саймон продолжал составлять свой список, бесконечный и безобразный. По старой привычке. Он видел так много ситуаций, когда люди могли причинить вред.

– Я надеюсь, ты никогда этого не испытаешь, – сказал он.

– О, не надо!

– Что не надо?

– Увиливать от прямого ответа и напускать туман. Этот снисходительный тон в твоем голосе говорит, что мудрый Саймон с его богатым жизненным опытом должен защитить несчастную, беспомощную Эллен. Бедняжка не в состоянии отличить зад от локтя! Избавь меня, пожалуйста, от покровительства. Я ненавижу это. Ненавижу, ненавижу!

Саймон засмеялся. Своими словами она уменьшила его тревогу, и его настроение пошло вверх.

– Слава Богу, наконец ты расслабилась. Вот сейчас я узнаю прежнюю Эл. Вечно ворчащую на меня. Развенчивающую мои заблуждения.

– Неужели я была такая нахалка? – В голосе Эллен звучала неуверенность.

– Мне это нравилось, – ответил Саймон. – Я понимал, что ты обо мне заботишься.

Снова наступила тягостная тишина.

Эллен отвернулась.

– Ах да, я еще хотела тебя спросить, – сказала она, разглядывая горы. – Куда ты отправился, когда ушел из Ларю?

«Снова запаниковала», – тяжко вздохнул про себя Саймон, услышав сдавленный голос хлопотливой хозяйки дома. От чего ушли, к тому пришли.

– Когда погода стала слишком холодна для моей амуниции, я подался на юг. Я путешествовал автостопом, пока наконец не остановился в Сан-Диего.

– Как ты жил?

– Случайными заработками. Красил дома, работал в дорожных бригадах, собирал апельсины – все, что мог найти. Однажды я получил работу в фотолаборатории. Это был прорыв. Владелец был счастлив, увидев, что я знаком с этим делом.

– А флот?

Саймон пожал плечами:

– Это взыграл зуд к путешествиям. Я участвовал в обеих войнах в Персидском заливе. В первой как солдат, во второй как журналист.

– Однажды мне приснилось, что ты был там. – Эллен медленно побрела к обочине. Высокая, по пояс, горная трава струилась на ветру. – Я видела тебя в пыльной пустыне с оружием в руках. – Она провела рукой по траве.

– Не сходи с дороги, Эл, – предупредил Саймон. – Сейчас сезон гремучих змей.

– Когда я с тобой, мне не страшны гремучие змеи. Помнишь, как в тот раз я подошла близко к змее? И вдруг тот свист! Это ты швырнул свой нож и рассек ее пополам, прежде чем она успела на меня броситься.