Друг погоревал, потом забыл. А я до сих пор, глядя на него, вижу в выражении его лица отсвет завороженности, которая ведет его по жизни.

До встречи с Шаманом думал, что это врожденный дар. Но то, что у друга мелькнуло на минуты и пропало, у Шамана есть всегда. Он предельно спокоен, собран и навечно очарован прекрасным, огромным, разнообразным и бесконечным во временах и пространствах мире. Шаман сказал, что он научился этому. И я когда-нибудь научусь.

Владимир Серкин — профессор, возглавляет кафедру психологии в Северном международном университете в Магадане, опубликовал более 80 научных работ. Серкин — человек в Магадане известный. Но популярности на Севере и за его пределами ему добавило еще одно немаловажное обстоятельство.

Так случилось, что в 1997 году он случайно начал общаться с человеком, которого местное население называло шаманом. Владимир строил охотничий домик в месте, достаточно отдаленном от города. Единственным человеком, живущим "неподалеку", был шаман, землянка которого находилась в двух часах ходьбы от домика. Результатом этого общения стала книга "Хохот шамана". Ее дважды переиздали в Магадане, а в этом году небольшим тиражом выпустили и в Москве. Презентация книги в столице прошла в Манеже незадолго до того, как он сгорел. А автора — Владимира Серкина — критика окрестила "русским Кастанедой", потому что его книги по аналогии с трудами Кастанеды состоят из диалогов с человеком, живущим в другом измерении.

До встречи с Владимиром, читая его книгу, я нарисовала в своем воображении портрет эдакого старичка профессора, чем-то похожего на магаданского помора. Но когда мы увидели друг друга, я была поражена тем, как он молодо выглядит — лет на 37 — и первое, что спросила:

— Сколько вам лет?

— Сорок восемь.

— Мне показалось, что человек, который писал книгу, старше.

— Но я в душе старше. Даже своих 48 лет.

— Меня в книге привлекло место, где вы пишете про шамана: мол, он в том возрасте, когда национальные черты уже стираются, и непонятно, сколько ему лет: ему можно дать от 45 до 60. Он что, вам открыл секрет управления возрастом?

— Он просто живет, какой уж тут секрет.

— Тогда почему вы написали — "человек ли он вообще". Он что — дух, сверхчеловек?

— Это сложно пока объяснить. Я пытался, но пока не понимаю, как писать. Шаман сравнивает человеческую жизнь с волной. То есть речь идет об энергии. Человек, как волна энергии, и это гораздо главнее, чем человеческое тело. Человек — это самосохраняющийся вид энергии, замкнутое пространство. А если он противоречит своей энергии, своему образу, то он, естественно, сам себя разрушает, стареет, слабеет. Шаман так долго живет потому, что он хорошо осознает свой энергетический образ. И поэтому может его воссоздавать.

— Еще перед тем как встретить шамана, вы писали диссертацию, посвященную исследованию "невроза отложенной жизни". Что это такое?

— Когда человек считает, что сейчас он еще не живет, а лишь готовится к настоящей жизни, которая наступит потом, когда он создаст условия. Иногда такой сценарий длится достаточно долго — человек планирует, как переедет в Москву, купит квартиру, машину... Это может тянуться десять, пятнадцать лет, а у некоторых занимать и всю жизнь. В результате человек не решает насущных жизненных проблем. И начинает себя вести как невротик, который от нормального человека тем и отличается, что тот стремится проблемы решать, а невротик их откладывает, объясняет и так далее. А когда груз нерешенных проблем накопится, начинаются невротические срывы.

— Почему вы занялись этой темой?

— Потому что у нас на Севере много таких людей, которые живут мечтой о переезде. Накопим денег, купим квартиру, создадим условия и переедем. Бывает, до пятидесяти считают, что они еще не живут и только готовятся жить. Молодость проходит, зрелость.

— Вы занимались наукой, но после того как встретили шамана, изменили отношение к научной работе?

— Да, но не сразу, а постепенно. С шаманом вообще повезло. Я несколько лет, общаясь с ним, вел записи. Раньше думал, что буду их разбирать и сопоставлять с известной мне литературой. Но потом посмотрел, что многого из того, что я записал, вообще нет в мировой литературе про шаманов. И я даже понял, почему: все наблюдали шаманов со стороны, а я-то с ним жил. Не все время, но три года. И хотя я занимался маленькими практиками, а не основными, но получилось такое включенное наблюдение. Поэтому и материал получился уникальный.

— Но у Кастанеды, который написал 12 книг, в которых он описывает свое общение с шаманами индийского племени яки, тоже такое включенное наблюдение.

— В некотором смысле да, но там же другой пейзаж.

— А про Кастанеду — это был пиаровский ход для раскрутки книги или вас действительно так назвали?

— Почему? Впервые меня так назвали в "Огоньке", где публиковали отрывки из книги. Хотя меня раздражает, когда меня называют "русским Кастанедой". Думаю, что сравнили для того, чтобы определить жанр. У Кастанеды тоже есть учитель и ученик, но Кастанеда — антрополог, а я — психолог. Хотя это сравнение, на мой взгляд, лобовой ход, абсолютно мешающий настоящему пониманию. У нас абсолютно разные концепции мира, разное отношение.

— Вы говорите о практиках, которым вас научил шаман и которыми вы пользовались. Что имеете в виду?

— Только бытовые вещи — рыбу ловить, птицу, тропу искать, оленя догонять. Шаман может поставить ловушку, над водой пошептать, и там будет полным-полно рыбы, он может посвистеть, и все комары улетят из землянки, он может пошептать, и мыши, которые завелись, тоже уйдут.

— А лечить?

— Лечить — побочные эффекты. Я просто подсказывал людям некую оптимизацию поз, жестов, обустройства рабочих мест. И получалось, что у них проходили боли, исчезали симптомы той или иной болезни. Люди решили, что это — лечение, хотя здесь никакого лечения нет.