– Жан-Люк?

Погоди-ка. Кто это сказал?

– Жан-Люк?

Я распахиваю глаза. Люк уже вскочил и метнулся к двери чердака.

– Я здесь, – кричит он вниз, перегнувшись через перила узкой лестницы, ведущей на третий этаж.

Что случилось? Еще минуту назад он готов был поцеловать меня…

– Тебе лучше спуститься. – Голос Доминик звучит чопорно. – Только что приехала твоя мать.

– Черт, – шипит Люк, но так, чтобы Доминик не слышала. Ей он кричит:

– Хорошо, сейчас спускаюсь.

Он оборачивается ко мне. Я так и сижу на крышке сундука, и шелк вечернего платья Живанши стекает у меня с колен. Такое чувство, что у меня что-то отобрали. Может, сердце?

Но это смешно. Я же и не хотела, чтобы он меня целовал. Не хотела. Даже если он и собирался. А он не собирался.

– Надо идти, – говорит Люк, – если, конечно, ты не хочешь остаться тут еще немного. Можешь брать тут все, что понравится…

Кроме того единственного, что, как я начинаю понимать, мне нужно больше всего.

Я встала. Удивительно, ноги все еще держат меня.

– Нет, я не могу.

Но вечернее платье я так и не выпускаю из рук. Люк это подмечает и понимающе улыбается.

– Разве что вот это, – говорю я и виновато смотрю на платье. – Может, получится восстановить его…

– Конечно, – отвечает Люк, старательно пряча улыбку. Он смеется надо мной. Но мне наплевать. Зато у нас есть еще один общий секрет. Скоро у меня с Люком де Вильером будет больше секретов, чем с кем бы то ни было.

И вообще, из-за «Лиззи бродкаст систем» у меня ни с кем нет общих секретов. Над этим определенно надо поработать.

Вслед за Люком я спускаюсь по лестнице. Внизу нас поджидает Доминик. Она уже переоделась в кремовое, очень современное льняное платье с открытыми плечами. В нем ее талия кажется совсем тоненькой. На ногах у нее, как я успеваю заметить, шлепанцы с пошло острыми носами.

– Хм, – говорит она, заметив меня, – ты, как вижу, удостоилась полной экскурсии, Лиззи?

– Люк и его отец подошли к этому со всей тщательностью, – говорю я, стараясь скрыть чувство вины. Хотя с какой стати мне чувствовать себя виноватой? Ничего не произошло. Ничего и не должно было произойти.

Наверное.

– Да уж, не сомневаюсь, – скучающим тоном отзывается Доминик. Потом она критично осматривает Люка. – Только посмотри на себя! Ты же весь в пыли. Ты не можешь встречать свою мать в таком виде. Иди переоденься.

Если Люку и не нравится, когда им так командуют, то он этого не показывает. Он просто спускается дальше, крикнув через плечо:

– Скажи маме, что я буду через минуту.

Я же отправляюсь в свою комнату, намереваясь припрятать вечернее платье, пока не найду лимон или лучше винный камень. В прошлом мне удавалось выводить пятна ржавчины и тем и другим.

Но не успеваю я и шагу ступить, как Доминик останавливает меня.

– Что это у тебя там такое? – спрашивает она.

– Это? Всего лишь старое платье. – Я разворачиваю и показываю ей. – Я нашла его на чердаке. Жаль, что оно все в ржавчине. Может, удастся отстирать его.

Доминик критически осматривает платье. Вряд ли она распознала в нем бесценный образчик моды, во всяком случае, по ней не видно.

– По-моему, оно очень старое, – говорит она.

– Не такое уж старое. Годов шестидесятых. Может, начала семидесятых.

Доминик морщит носик.

– От него воняет.

– Оно же лежало на чердаке, а там все заплесневело. Попробую замочить его, может, пятна отойдут. Запах тоже должен исчезнуть.

Доминик тянется пощупать шелк. И тут ей попадается на глаза ярлык.

О-хо-хо… Она его увидела.

Но вопреки моим ожиданиям, она не вскрикивает от удивления. Наверное потому, что прекрасно владеет собой.

– Ты хорошо шьешь? – задумчиво спрашивает она. – Кажется, твоя подруга что-то говорила на этот счет…

– Да не то чтобы хорошо, так, немного, – скромничаю я.

– Если бы ты отрезала вот здесь, – говорит Доминик, показывая на платье, где именно. Если отрезать там – оно будет чуть выше колен, то получилось бы неплохое платье для коктейлей. Придется, конечно, перекрасить его в черное. А то, на мой взгляд, больно на вечернее платье похоже.

– Это и есть вечернее платье. И я уверена, оно кому-то принадлежит. Я просто собираюсь восстановить платье. Владелице, думаю, будет приятно получить его назад.