– Если бы после обеда у меня не была назначена встреча кое с кем из моих людей, мы бы сразу же после еды отправились в постель. О, давай поговорим о чем-нибудь другом, дорогая. Я не в силах этого вынести.

Она тоже решила сменить тему:

– Возможно, позже мы устроим еще один бал, и он окажется более удачным. Я к тому времени окрепну, и все пройдет без помех.

– Разумеется. На этот раз не станем звать так много гостей.

Его аппетит внезапно стал непомерным. Он проглатывал кусок за куском, почти не жуя, явно получая от этого удовольствие.

– Кстати… – Он отпил вино и вытер губы салфеткой. – мы приглашены на бал, который состоится в особняке губернатора в Роли через месяц. Тебе понадобятся новое платье и новые украшения, на этот раз бриллианты Ты будешь выглядеть еще прекраснее, чем в тот вечер. На следующей неделе мы вызовем сюда миссис Ривенбарк… Как синяки, дорогая? Они уже прошли? – нахмурился он.

– Нет. – Она едва сдерживала холодную ненависть при одном воспоминании о боли и унижении, которые ей пришлось пережить в ту ночь. – Боюсь, на это еще потребуется не один день.

– Что ж, тогда ей придется работать быстро. Дай мне знать, как только будешь готова – Склонив голову и бросив на нее задумчивый взгляд, он пробормотал: – Жаль, что пришлось избить тебя, Китти…

– Давай попробуем забыть обо всем. – Она снова протянула руку к рюмке с вином, задаваясь вопросом, как долго еще она сможет продолжать игру. Нервы ее были напряжены до предела в предвкушении побега. А они сидят тут, едят, пьют и непринужденно беседуют между собой, как друзья.

Он кивнул и продолжал болтать о незначащих вещах, спросив, как она нашла маленького Джона. Был ли он рад видеть свою маму? Она кивала в ответ, говорила подходящие к случаю вещи.

Китти едва сдержала вздох облегчения, когда трапеза, наконец, подошла к концу. Кори проводил ее до нижней ступеньки лестницы. Из-за закрытых дверей библиотеки, служившей его личным кабинетом, доносились голоса двух мужчин, о чем-то споривших друг с другом.

Когда она уже собралась подняться к себе. Кори внезапно протянул руки и заключил ее в объятия, прильнув к ее рту губами. Усилием воли она заставила себя ответить на поцелуй. Когда он выпустил ее, на лице его светилась улыбка, а в глазах отражалась обуревавшая его страсть.

– Я буду считать минуты, дорогая, так сильно я тебя хочу Китти, я знаю, что ты считаешь меня безумием, одержимым жаждой власти, и все еще питаешь ко мне неприязнь из-за того, что я вынудил тебя выйти за меня замуж. Но я все же по-своему люблю тебя.

Он еще раз быстро поцеловал ее, после чего, оправив сюртук и пригладив волосы, стремительными шагами направился к библиотеке.

Рэнс стоял наверху и усмехнулся при виде ее, обнажив пожелтевшие зубы.

– Босс приказал проводить тебя обратно в комнату и там запереть. Полагаю, что он долго не задержится. Держу пари, ты не в силах ждать.

– Я хочу пожелать спокойной ночи моему малышу.

Он пожал плечами.

– Только поскорее. Сама понимаешь, что босс не хочет, чтобы ты слишком много разгуливала по дому. После той сцены на приеме ни один из нас не может тебе полностью доверять.

О, как бы ей хотелось ответить ему какой-нибудь дерзостью! Но сейчас не было времени. Она вошла в детскую и прикрыла за собой дверь. Дульси, склонившаяся над колыбелью Джона, подняла на нее испуганные глаза:

– Все в порядке?

– Надеюсь. Ты уже собрала его вещи?

– Да, мэм. Они вон там, за портьерами, как вы мне говорили.

– Хорошо.

Нагнувшись, она поцеловала спящего ребенка, что-то напевая ему так тихо, что даже Дульси не могла различить слов. Скоро они оба будут счастливы.

– Мисс Китти, там внизу с мистером Макреем двое мужчин, – заметила Дульси, на ее лице ясно отражался страх. – Адди говорит, что все трое должны отведать бренди и вместе уснуть. А что, если кто-нибудь не станет ею пить? Или если один попробует вина из другой бутылки и все еще будет на ногах, когда остальные уснут? Он поднимет крик, и тогда все рухнет.

– Я уже думала об этом. – Китти прикусила нижнюю губу. – Надеюсь, Адди предложила им бренди, пока они ждали.

– Да, конечно. Они согласились, и она дала им выпить из бутылки, которая не была отравлена, чтобы они не уснули раньше, чем туда войдет мистер Макрей. Ту, первую, бутылку она припрятала, решив, что когда мистер Макрей появится, они захотят еще по рюмочке, и тогда он нальет им из отравленной бутылки.

– Дульси, она не отравлена, – прошипела ей на ухо Китти. – Я добавила в ту бутылку опиум… тебе ясно? Положила ровно столько, чтобы после двух рюмок они погрузились в забытье. И перестань говорить об отравлении. Звучит чудовищно.