Дани кивнула. В глазах ее была какая-то странная мудрость, словно она лучше этой старой женщины знала, что должно случится с ней. Но смолчала. Вместо этого она повернулась ко мне:

– У тебя по-прежнему стоит в Ла Джолле та лодка?

– Нет, Дани, – покачал я головой.

– Как плохо. А я хотела бы снова поплавать на ней.

– Может быть, когда-нибудь и поплаваешь, Дани. Когда выйдешь отсюда.

Она снова кивнула, но я видел, что она не верит моим словам.

– Одна из надзирательниц сказала, что видела фото твоей жены в газете. Она говорит, что твоя жена очень красивая. – Она посмотрела мне в глаза. – В газете говорится, что она не смогла приехать с тобой потому, что ждет ребенка.

– Это верно, Дани.

– Когда?

– Теперь уже очень скоро, – сказал я. – И доктор сказал, что ей лучше бы не трогаться с места.

– Значит, в газетах, в самом деле, написали правду. Я очень рада, – ее лицо осветилось улыбкой.

– Правда, – улыбнулся я ей в ответ. – Неужели ты думаешь, что какая-нибудь иная причина, кроме этой, помешала бы ей приехать?

Краем глаза Дани посмотрела на Нору. Та тщательно красила губы, всем своим видом показывая, что наши разговоры наводят на нее тоску.

– Не знаю, – тихо сказала Дани. – Сначала я подумала, что она не приехала потому, что ненавидит меня.

Я засмеялся.

– С чего тебе пришла в голову такая идея? Опять она искоса глянула на Нору.

– Не знаю. Так просто.

Открылась дверь, и появилась мисс Спейзер. В коридоре я заметил надзирательницу.

– Теперь ты должна покинуть нас, Дани.

– О'кей, – раздавив в пепельнице окурок, она поцеловала меня. – Пока, папа.

Поцеловав бабушку, она подошла к матери. Нора обняла ее, заглянув ей в глаза.

– Ты же знаешь, что я люблю тебя, Дани, не так ли?

Дани кивнула.

– Больше, чем кто-либо другой?

Она снова кивнула.

– Как я тебя люблю, дорогая?

Я видел, что они принялись за игру, которой часто занимались раньше. И я не мог сказать, значила ли она что-нибудь для Норы на самом деле или нет.

– Больше всех, мамочка.

Нора посмотрела на меня, дабы убедиться, что я слышал этот ответ. Я засмеялся. Повернувшись, Дани удивленно взглянула на меня. Должно быть, в самом деле есть такая штука как телепатия, потому что в этот момент я был уверен, что она знает, почему я засмеялся. Повернувшись, она, поцеловала мать.

– Пока, мама.

Нора посмотрела на меня. Лицо ее пылало, искаженное гневом. Она начала было что-то говорить, но, закусив губу, замолкла.

– Так как все здесь, – спокойно начала мисс Спейзер, закрыв дверь за Дани, – я хотела бы договориться о встречах с вами. Они позволят нам заметно упростить дело. – Подойдя к письменному столу, она села. – Могу ли я навестить вас завтра днем, мисс Хайден?

– Лучше бы в четверг, – отозвалась Нора. – Прислуги не будет, и мы сможем поговорить наедине. У нас будет достаточно времени для беседы.

– Было бы куда лучше, если бы дома присутствовала и прислуга, – сказала мисс Спейзер. – Я хотела бы и с ними поговорить о Дани.

Нора посмотрела на Гордона.

– Не знаю, – несколько растерялась она. – Я не очень одобряю идею говорить со слугами о моих делах. Мне кажется, что они с удовольствием займутся сплетнями. Многого вы от них не узнаете…

– Это моя работа: как можно больше выяснить о вашей дочери, мисс Хайден. Могу вас заверить, что я буду предельно сдержана.

Нора снова посмотрела на Гордона. Тот кивнул. Она повернулась к инспектору.

– Можете ли вы прибыть ко мне завтра утром?

– Днем мне было бы удобнее. Я договорилась утром побывать в школе мисс Рандольф.

– Тогда в среду днем, – нетерпеливо согласилась Нора. – В два часа.

– В два часа меня вполне устроит. – Мисс Спейзер посмотрела на мать Норы. – Вас устроит четверг?

Старая леди кивнула.

– В девять утра не слишком ли рано для вас?

– Я рано поднимаюсь, – ответила она. Мисс Спейзер повернулась ко мне.

– Какое время устроило бы вас, полковник Кэри?

– Любое. Как вам удобно.

– Я не знаю ваших планов, полковник Кэри. Мне известно, что ваша жена беременна. Не знаю, может быть, вы захотите вернуться в Чикаго и прилететь только на слушание дела. Предоставляю решать вам.

Я хотел дождаться конца разбирательства, надеясь, что в моем дальнейшем присутствии не будет необходимости. Но ждать больше теперь не имело смысла. Я понял, что мне надо остаться. Мне придется сегодня позвонить Элизабет и сказать, что не смогу вернуться, как предполагал.