С остановки автобуса Тесс, нагруженная эскизным альбомом и чемоданчиком с инструментами, медленным шагом направилась к общежитию. Воздух был полон холодного дыхания осени; приближался День отдыха, но Тесс, как почти всех старшекурсников, это мало интересовало.

Она как раз подходила к общежитию, когда две полицейские машины остановились у тротуара. Их синие мигалки были выключены, сирены молчали. Одна машина принадлежала полиции штата, другая городской полиции Нортгемптона.

Тесс ускорила шаг, решив, что с кем-то что-то случилось. Сначала она подумала, а не попала ли Чарли снова в какую-нибудь беду, но тут же отвергла эту мысль, догадавшись, что принимает желаемое за действительное, и устыдившись своей низости.

Она быстро поднялась по ступенькам и вошла на веранду. Нигде не было видно ни полицейских, ни других представителей закона. Но когда Тесс отворила дверь и вошла в холл, она сразу увидела двух полицейских из полиции штата и знакомого городского полицейского рыжего Джо Лайонса, племянника Делл, придерживающегося правых взглядов.

– Марина? – вопросительно позвала Тесс и подошла к группе людей.

Все замолчали. Марина посмотрела на Тесс.

– Тесс, – сказала она.

– Марина, что случилось?

Тесс переводила взгляд с одного лица на другое. Все продолжали молчать. Наконец Марина приблизилась к Тесс и положила ей руку на плечо.

– Боюсь, у нас для тебя плохие новости, – тихо сказала она.

– Это Чарли? Что-нибудь случилось с Чарли?

Она очень надеялась, что ее вопрос не откроет всем ее тайного желания.

Но Марина покачала головой.

– Нет, Тесс, – сказала она, и ее голос звучал более хрипло, чем обычно, а акцент усилился. – С Чарли все в порядке. Давай присядем.

Марина повела ее к жесткому дивану, стоявшему у стены.

– Зачем? – спросила Тесс.

Зачем Марина хочет усадить ее на диван?

Они сели, и Марина взяла ее за руку.

– Как я тебе сочувствую, Тесс, – сказала принцесса и обняла подругу.

Тесс высвободилась из объятий.

– Господи, неужели никто не скажет мне, что случилось?

Марина вздохнула и посмотрела на полицейских. Джо Лайонс выступил вперед.

– Случилась авария, – начал полицейский Лайонс.

Какая авария и какое она имеет к ней отношение?

– Разбился самолет, – продолжал Джо.

Страшное предчувствие охватило Тесс.

– В Сан-Франциско.

В Сан-Франциско? Тесс хотела что-то сказать. Спросить. Но слова не складывались в фразы.

Джо Лайонс крутил в руках фуражку.

– Это ваши родители, Тесс. Они погибли.

Тесс секунду смотрела на Джо. Потом на альбом в своих руках. Непонятно зачем, она стала загибать кончики страниц. Снова посмотрела на Джо. Марина опять взяла ее за руку.

– Самолет летел из Сингапура, – объяснял Джо, все так же терзая фуражку. – Он проскочил посадочную полосу и упал в залив. – Джо вытер лоб. – Считают, это произошло по вине пилота.

Джо произнес последние слова так, словно сам был виновником катастрофы.

Тесс услышала, как за ее спиной открылась входная дверь. Она продолжала смотреть на впившиеся в фуражку пальцы Джо Лайонса.

– Что тут происходит?

Тесс узнала голос Делл. Она хотела повернуться к ней, но, словно загипнотизированная, смотрела на пальцы Джо, мявшие фуражку, надеясь, что некое волшебство изменит ход событий и Джо возьмет обратно свои слова.

– Мне позвонили, чтобы я приехала в Моррис-хаус, – сказала Делл; Тесс почувствовала, что она обращается к Джо. – Что случилось?

Тесс наконец оторвала взгляд от фуражки Джо и его пальцев. Она повернулась к Делл, прижимая к груди альбом.

– Ничего особенного, – сказала она спокойно. – Кажется, мои родители погибли.

Тесс медленно направилась к лестнице наверх, но Делл схватила ее за локоть.

– Тесс, – позвала она.

Тесс остановилась. Она смотрела на лестницу, на деревянные ступеньки, по которым столько раз взбегала за прошедшие годы. Лестница вдруг показалась ей крутой и непреодолимой.

– Тесс, – снова позвала Делл, и Тесс почувствовала, как ее обняли. – Боже мой, что случилось?

Дрожь началась где-то в ногах и поднималась все выше, пока не дошла до сердца. Тесс швырнула на пол альбом и зарыдала.

Глухо звучала органная музыка. Тесс сидела на стуле с высокой спинкой в похоронном бюро «Золотые ворота» и смотрела в пол. Она не знала, почему дала согласие поскорее завершить все дела, связанные с похоронами, в том числе поторопиться с заупокойной службой. «Заканчивай все побыстрее и возвращайся к нормальной жизни», – так посоветовали ей Грейсоны и Аршамбо. «Что они могут понимать? – рассуждала сама с собой Тесс, изучая фиолетового цвета ковер под ногами и стараясь не замечать удушающего аромата лилий и роз. – Грейсоны и Аршамбо провожают всего лишь друзей, а не родственников; партнеров по бриджу и утренним пробежкам, тех, кто больше не пригласит их на обед по случаю Дня благодарения».