— Я не хочу с тобой встречаться.

— Хорошо. Тогда я позвоню Наталье. Кажется, она готова со мной встретиться.

— Ты с ума сошел? — шепотом спросила она. — Чем ты меня шантажируешь? Тебе не стыдно? Говорить такие чудовищные вещи?

— Абсолютно не стыдно. Она сидела у меня и все время пыталась выяснить — каким образом мне удалось понравиться двум таким сильным женщинам, как ее мать и бабушка.

— Я была против ее поездки к тебе, но мама настояла. Что ты сказал Наташе?

— Правду.

— Какую правду?

— Что с твоей матерью у нас ничего не было. Мимолетное увлечение, каприз, который позволила себе взрослая женщина. Тебе тогда было только шестнадцать. Я честно сказал, что это было всего лишь увлечение. А по-настоящему я любил в жизни только одного человека. Тебя.

— Так и сказал?

— Ты же знаешь, что это правда. Я даже рассказал Наташе, что собирался ее удочерить.

— Только этого не хватало. Я надеюсь, у тебя хватило ума не рассказывать девочке о том, как я сама приехала к тебе в гостиницу? Или тоже рассказал?

— Ума хватило. Конечно, ничего не сказал.

— И на этом спасибо. Что тебе нужно?

— Увидеться с тобой. Я, наверно, завтра улечу. В отличие от прошлого раза, я даже заранее предупреждаю. Я только хочу с тобой увидеться.

Она молчала.

— Алло, ты меня слышишь? — спросил Муслим.

— Не вижу в этом необходимости, — наконец произнесла Вера. — Прошло столько лет. Нельзя входить в одну реку дважды. Я думала, что ты это понимаешь.

— Именно поэтому я тебя и хочу увидеть. Может, это будет прощание на берегу той самой реки, в которую мы так и не вошли.

— А мне показалось тогда, что вошли, — возразила она. — Впрочем, это схоластический и глупый спор. Я просто не хочу с тобой встречаться. По-моему, более чем достаточный повод.

— Тогда все понятно, — согласился он. — Увидимся завтра в нашем генеральном консульстве.

— Я туда тоже не приду, — быстро возразила она. — У меня на завтра расписана целая куча дел. Извини, но я обычно планирую свои дела на несколько дней вперед.

— Тебе пришлют повестку, и ты обязана будешь туда явиться, — возразил Муслим. — А если не придешь, то я ничего не скажу Мелентьеву и просто уеду отсюда. А Наташа останется под подозрением. Тебе так нравится больше?

— Ты стал просто профессиональным шантажистом. Нет, мне это не нравится. И завтра я в последний раз увижу тебя и приеду в ваше консульство. Но только в последний. И на этом мы наконец поставим точку. Ты слышишь?

— Поставим точку, — уныло повторил он. — Я думал, что ты захочешь со мной увидеться.

— После того, что с нами произошло? — гневно спросила она. — После того как я узнала, кто был другом моей матери еще четверть века назад? И ты смеешь после этого вообще показываться мне на глаза? У тебя нет ни стыда, ни совести.

— И на такой высокой ноте мы завершим наш разговор? — невесело произнес Муслим.

Она бросила трубку. Он положил свой телефон на столик. Прошел в ванную комнату. Нужно позвонить Сергею и задать ему несколько последних вопросов. Нужно подготовиться к завтрашнему выступлению. И все сделать правильно.

Он вышел из ванной комнаты и позвонил в консульство.

— Сергей, — негромко сказал он, — срочно приезжайте ко мне. Я хочу задать вам несколько вопросов. И сообщить вам, что завтра вечером я улетаю обратно в Баку.

— Вы не хотите закончить расследование? — спросил Сергей. — Неужели вы решили сдаться?

— Я его практически закончил. Остались последние штрихи. Приезжайте быстрее.

Муслим положил телефон на стол и опустился на кровать.

— Надеюсь, что я не ошибся, — пробормотал он.

Их не удалось собрать ранним утром, и поэтому встречу перенесли на полдень. Сначала в генеральное консульство приехали Вера Дмитриевна с дочерью. Они поднялись в кабинет генерального консула и чинно уселись на стульях. Чуть позже приехала Марина Борисовна. Она показала свои документы, прошла в кабинет консула и уселась немного в стороне, словно подчеркивая свою отстраненность от этого разговора. Осторожно вошел в кабинет и уселся в углу водитель Леша. По предложению Муслима Сафарова в кабинет также пригласили Сергея, Альбину и маленького атташе, который беспрерывно ерзал и все время смотрел на часы. Приехал Вячеслав Егеньевич Мелентьев и двое его сотрудников, которые также уселись на стульях в ожидании развязки этой истории. Они недоверчиво переглядывались и вполголоса разговаривали.