Шрифт:
И еще — змеи бывают очень красивые. У змей чешуя.
Вот так шарфик мечтал-мечтал, пока не пришла в прихожую добрая волшебница. Посмотрела на шарфик — а он лежал над вешалкой на полочке — и говорит:
— Что ж. Ты так сильно хочешь быть змеей, что я исполню твое желание!
И шарфик превратился в змею. Добрая волшебница положила его в корзинку и отнесла в цирк.
Факир очень обрадовался, что у него появилась такая красивая новая змея. В тот же вечер цирк набился битком, факир заиграл на дудочке — и бывший шарфик встал на хвост и показал тонкий язык… Публика замерла от страха и восторга, потому что из желтого шарфика получилась очень большая, очень красивая и очень ядовитая желтая змея.
Так продолжалось вечер за вечером — люди ходили в цирк посмотреть на факира и на змею. Бывший шарфик сделался знаменитым, ему бросали на арену цветы, его фотографию напечатали в цветном журнале.
И все-таки шарфик не чувствовал себя счастливым.
Потому что наступила поздняя осень, на улице сильно похолодало и часто шел дождь. И вечером после представления шарфик думал: а как там девочка?! Ведь у нее голая шея, она может простудиться…
И шарфик думал: вот бы обернуться вокруг девочкиной шеи и согреть ее. Но змея не может согреть, змея холодная и противная на ощупь, да и кто же позволит змее обвиваться вокруг шеи маленькой девочки…
Вот так он думал-думал, пока в цирк не пришла волшебница. Она спросила:
— Разве ты не хочешь больше быть змеей?
Шарфик ответил:
— Хочу… Но мне жалко девочку. Она же может простудится — с голой-то шеей!
Волшебница ничего не сказала. Она превратила змею обратно в шарфик, положила в корзинку и отнесла в прихожую.
Мама заглянула на полочку над вешалкой и закричала:
— Смотри-ка! Шарфик, оказывается, здесь! Как же мы его потеряли, если он все время здесь лежал?!
И отнесла шарфик девочке.
Потому что девочка и вправду простудилась и лежала в кровати. У нее сильно болело горло.
Девочка обмотала шарфик вокруг шеи — и шарфик согрел ее. И она скоро выздоровела.
Пришла зима, стало совсем холодно; теперь девочка выходила на улицу, обмотав шею шарфиком.
И за всю зиму ни разу не заболела.
ПРО СТАРУШКУ
Одна старушка жила в лесу. Никто не знал, почему она там живет, вдали от людей. Ей говорили: переезжайте в город, но она все равно жила в лесу.
Однажды маленькая девочка пошла в лес, увидела старушку и решила подсмотреть, что старушка делает. И увидела, как старушка ставит на огонь огромный котел, варит в нем суп, помешивает ложкой, сыплет какие-то бусинки и блестки… А потом над котлом поднялся черный дым, и из котла вышел вечер — его старушка сварила. Небо потемнело, высыпали звезды, и везде-везде наступила ночь…
Девочка испугалась и заплакала. Старушка услышала, как она плачет, и нашла ее в темноте. Сперва она очень рассердилась, что девочка подглядывает без спросу, но девочка так плакала и так просила прощения, что старушка не стала ее очень ругать.
— Сейчас уже поздно, — сказала старушка. — Завтра я выведу тебя на дорогу, и ты пойдешь домой.
Девочка спросила:
— А когда наступит утро?
Тогда старушка повела ее к себе в дом. Там было очень чисто, и на стене висели огромные старинные часы с маятником.
— Вот, — сказала старушка, — это главные в мире часы.
По ним я смотрю, когда варить утро и когда варить вечер. Когда стрелки покажут полшестого, я поставлю утро на плиту; когда стрелки покажут шесть пятнадцать, утро уже будет совсем готово. Летом я варю утро еще раньше, — сказала старушка, — но сейчас близится осень; зимой я могу поспать подольше, потому что утро позднее и с ним не надо торопиться.
— А как же солнышко? — спросила девочка.
Тогда старушка открыла ящик стола и показала ей большую золотую монетку, которая лежала на специальной подушечке.
— Когда я варю утро, — сказала старушка, — я бросаю в него много масла, кукурузные хлопья и эту монетку. Иногда утро получается очень хорошо — тогда солнышко встает чистое-чистое, небо над ним синее-синее, и нету холодного ветра. Но иногда мое утро подгорает — тогда солнышко встает тусклое, в облаках, и целый день выходит ненастным…
— Я хочу, чтобы поскорее настало утро, — сказала девочка.
— Так не бывает, — сказала старушка. — Утро настанет строго по часам… Ложись и спи.
Девочка заснула — и оглянуться не успела, как старушка ее разбудила:
— Уже полшестого! Пора ставить утро на плиту.
Она взяла большую кастрюлю, налила туда молока, набросала масла и сахара, насыпала крупы и кукурузных хлопьев; потом бросила монетку-солнышко — и стала варить, напевая.
И девочка увидела, как утро сварилось — и наступило. Сперва в комнате, потом за окном, потом во всем лесу, потом во всем мире. И это было очень удачное утро, потому что солнышко сияло вовсю и не было холодного ветра.