К тому времени, когда они сняли всех свисавших ногохватов, Кирк насчитал их около десятка, они с доктором кровоточили почти во стольких же местах; Кирк, содрогнувшись, дотронулся до раны на запястье.

– Пусть кровоточит, капитан, – посоветовала Вилсон. – Это очистит рану. Колотые раны типа этой могут доставить много неприятностей, если туда попадет инфекция. – Она встряхнула в руке мертвого ногохвата. – Ох, как мне приятно будет есть тебя, ты, вредный маленький ублюдок, – сказала она с чувством.

Кирк засмеялся.

– Вы так всегда и охотитесь на них, Яркое Пятно используя себя как приманку?

Яркое Пятно взяла у Эван последнего ногохвата и прикрепила к остальной связке, затем угрюмо посмотрела на капитана.

– Обычно мы слышим их приближение, тут же бьем их и бросаем вверх. И они Обычно не выбегают такими большими колониями. Я никогда не видела их так много в одном месте.

– Я тоже, – подтвердила Несчастье. – Я не знаю, как нам спуститься по склону… Их просто здесь не было… в прошлый раз.

– Сначала, – сказал Кирк, – поднимемся вверх. Мы сядем, и вы расскажете обо всем остальном, что может случиться в этом лесу. Затем уже будем думать, как пройти через ногохватов.

Яркое Пятно перекинула связку ногохватов через плечо и поднялась.

Несчастье тоже встала на ноги, и вместе они подождали капитана с доктором, чтобы помочь своим обделенным когтями друзьям.

Джеймс Кирк предложил Вилсон свою руку, она схватилась за нее, и капитан дернул, поднимая доктора на ноги. Никогда раньше он не думал, что она такая легкая. Теперь, почувствовав это, капитан поразился. Должно быть, его удивление отразилось на лице, так как Вилсон недоуменно взглянула на него:

– Капитан?…

Он не собирался обсуждать с ней легкость ее тела, так что вместо этого улыбнулся и сказал:

– Вы не против моего галантного поведения? Она склонила голову набок и серьезно посмотрела на него.

– Это было намного больше, чем галантность, – сказала Эван, и Кирк понял, что она имеет в виду момент, когда он выдернул ее из-под своры ногохватов. – Спасибо, капитан.

– Пожалуйста, доктор, – отозвался он. Затем она повернулась к Несчастью и Яркому Пятну.

– Спасибо вам, – сказала она задумчиво.

Их уши дернулись назад.

– За что? – удивленно спросила Яркое Пятно.

– За то, что вернулись за нами. Если бы не вы, мы, возможно, не выбрались бы оттуда живыми.

По выражению их ушей можно было понять, что никто из них об этом не подумал, они слишком увлеклись, виня себя за навлечение неприятностей на людей. Кирк воспользовался возможностью и добавил:

– Помогайте нам всю оставшуюся дорогу, если сможете. Если мы будем нестойкими, для всей партии это станет большой бедой.

Две cиваоанки охотно помогали им всю оставшуюся дорогу до места привала, где их приветствовал взрыв криков.

Кирк сел, чтобы объяснить обстоятельства случившегося, в то время как Вилсон занялась обработкой их ран Йубаланским ромом. Когда она закупорила бутылку, Спок сказал:

– Прошу прощения, доктор Вилсон, но вы не сделали ничего с ранами Несчастья и Яркого Пятна.

Яркое Пятно посмотрела на них, оторвавшись от зализывания своего плеча, – язык все еще был виден между зубами, – и скривила губы.

Вилсон засмеялась.

– Они почистили их сами, мистер Спок. Если верить Цепкому Когтю, а я верю ей, то их слюна содержит антисептик гораздо более эффективный, чем Йубаланский ром. Все, что я могу сделать, будет уже сверх того, что нужно, и придаст их шерсти неприятный запах.

– Я понимаю. Извините.

– Не надо извинений, мистер Спок. Лучше напомнить мне о чем-либо без всякой на то необходимости, чем допустить, чтобы я пропустила что-нибудь из-за собственной забывчивости.

Спок снова очень внимательно посмотрел на нее. Кирк понял, что Вилсон была не так ранима, как предполагал Спок. Под внимательным взглядом вулканца Вилсон покраснела. Спок, к изумлению Кирка, отвел глаза.

– Капитан? – спросил он. – Вы достаточно восстановились, чтобы продолжить путь?

Кирк покачал головой.

– Сначала, – сообщил он, мы собираемся посидеть здесь и послушать то, что расскажут нам со всеми подробностями Несчастье и Яркое Пятно о других препятствиях, которые мы можем повстречать.

Монтгомери Скотт шагнул в отделение, где располагался двигатель космояхты «Доктор Джеймс Барри» и остановился так неожиданно, что мичман Орсэй чуть не налетела на него. Она изумилась: