Если бы ваши Я и мое стали едины в той же степени, в какой мое Я едино с Божественным, мы освободились бы от слов, и в совершенстве могли общаться, пребывая в истинном Безмолвии.

Но поскольку ваши Я и мое - не едины, я вынужден вести с вами словесную войну, победить вас вашим же оружием и привести к моему источнику, к моему колодцу.

А вы сможете пойти в мир, чтобы победить и подчинить его, только в той степени, в какой я смогу победить и подчинить вас. Только тогда вы будете в состоянии правильно повести мир к безмолвию Высшего Сознания, к источнику Слова, к колодцу Святого Понимания.

До тех пор, пока вы не будете побеждены Мирдадом, вы не сможете стать воистину неуязвимыми и могучими воинами. И мир до тех пор не сможет смыть с себя позора непрестанных поражений, пока не будет побежден вами.

Так что препояшьтесь к битве. Отполируйте щиты и латы, наточите мечи и копья. А знаменосцем и барабанщиком пусть будет Безмолвие.

Беннон: Что же это за Безмолвие должно быть, чтобы зараз выступать и знаменосцем и барабанщиком?

МИРДАД: То Безмолвие, в которое я вас приглашаю, это беспредельная всеохватность, в которой не-бытие переходит в бытие. Это пустота, приводящая в трепет и благоговение; где рождается и замирает любой звук; где обретает себя и распадается любая форма; куда записывается и откуда вычеркивается каждое Я; где нет ничего, только ЭТО.

Вы не познаете, насколько реально ваше существо, насколько нереально не-бытие, если только не пересечете эту пустоту и эту всеохватность в безмолвном созерцании. Вы не познаете так же, как тесно связана ваша реальность со всей Реальностью.

Мне хотелось бы, чтобы вы скитались именно в этом Безмолвии, пока не разрушите свои старые и тесные покровы, пока не сможете двигаться раскованно, без принуждения.

Мне бы хотелось, чтобы вы унесли именно туда все свои страхи и заботы, страсти и желания, ревность и вожделения, дабы освободить свои уши от их непрестанных воплей, дабы оградить себя от их острых шпор.

Мне хотелось бы, чтобы именно там вы оставили лук и стрелы этого мира, с помощью которых вы надеетесь завоевать радость и удовлетворение, но добудете, воистину, только беспокойство и страдания.

Мне бы хотелось, чтобы именно туда, в светлый и свободный мир истинного Я, вы ускользнули от своего темного и душного я.

Это Безмолвие я превозношу перед вами не только для того, чтобы вы использовали его в качестве передышки для ваших словоохотливых языков.

Я восхваляю плодотворное безмолвие Земли, а не угрожающее молчание преступника или негодяя.

Я восхваляю заботливое молчание курицы, насиживающей яйца, а не беззаботное кудахтанье ее сестры, только что отложившей яйцо. Ведь первая целых двадцать дней сидит на яйцах и ждет с доверчивым молчанием, пока Мистическая Рука не совершит чудо прямо под ее крыльями, у ее груди. А вторая вылетает из курятника и кудахчет, как сумасшедшая, оповещая всех, что она освободилась от яйца.

Опасайтесь кудахтанья, спутники мои. Как вы придерживаете про себя что-то постыдное, также поступайте и с благородным. Ибо кудахтающий достойный - хуже молчащего недостойного, крикливая добродетель - хуже молчаливого искушения.

Всемерно воздерживайтесь от разговоров. Из тысячи произнесенных слов едва ли найдется одно, хотя бы одно, которое действительно стоило произнести. Остальные - только затуманивают ум, забивают уши, утомляют язык и ослепляют сердце.

О, как трудно вымолвить именно то слово, которое, воистину, должно быть сказано!

Из тысячи записанных слов едва ли найдется одно, хотя бы одно, которое действительно стоило записать. Остальные - только изводят чернила и бумагу, как правило, награждая свинцовыми гирями вместо светлых крыльев.

О, как трудно, как трудно, написать именно то слово, которое, воистину, должно быть записано!

Беннон: А что же ты скажешь о молитве, Учитель Мирдад? Ведь в молитвах мы произносим так много слов и просим о столь многих вещах. И все же так редко бываем награждены чем-то, о чем просили.

МИРДАД: Если вы обращаетесь к какому-либо богу, кроме самих себя, то молитесь напрасно. Ибо в вас самих есть сила притяжения и сила отталкивания.

И в вас находятся те вещи, которые вы притянули, а также то, что вы хотели бы оттолкнуть.

Ибо получить вещь, это то же самое, что и подарить ее.

Где есть голод, там есть и пища. Где есть пища, там же найдется и голодный. Испытывать муки голода, это то же самое, что наслаждаться сытостью.

Да, ибо в желании заключен источник и удовлетворение желания.

Разве ключ не гарантирует наличие замка? Разве замок не гарантирует наличие ключа? И разве оба они, замок и ключ, не гарантируют наличия двери?