Возражать никто не стал. Перед лицом общей опасности маги проявили умение договариваться.

– Тогда в Неориде, в первую неделю весны, после праздников, – сказал Хорст. – Какой там лучший постоялый двор?

– «Подкованный лебедь», – сказал толстый маг с крысиной головой на шее. – Это на Змеином острове, у старой мельницы.

– Хорошо, – кивнул Хорст.

– Повторим для ясности, – вмешался линоранский маг. – В первую неделю весны мы собираемся в Неориде. Там ты показываешь нам, как добывать силу без помощи игр, а взамен мы участвуем в твоей безумной попытке остановить Хаос. Я правильно понял?

– Все верно, – о том, что в случае успеха они получат лишь передышку, и что потом в дело придется вступить Сыну Порядка, бывший сапожник рассказывать не собирался.

– Тогда до встречи, – и Нисти Стагорнский исчез в струях тумана.

Маги улетучивались один за другим, истаивали в полумраке, а Хорст стоял на обочине неизвестно кем и зачем проложенной дороги и ощущал себя мелким жуликом, лгущим ради пары медных монет.

Хорст остановил коня, когда над деревьями показалась зубчатая стена и высокие, мощные башни, защищающие покой обитателей Карни.

– Дальше нельзя, – сказал он, – в этом городе меня слишком хорошо запомнили.

– Куда же тогда? – растерянно оглядываясь, спросил Альфи.

По правую руку виднелся Яр, лед на котором из-за мягкой зимы был слишком тонок, чтобы выдержать всадника, слева вставал стеной глухой, непролазный лес, засыпанный снегом на добрый размах.

– Может, рискнем? – предложил Радульф. – Язви меня в печень, если задумаем объезжать, потеряем неделю.

Куда именно он ведет маленький отряд, Хорст так и не сказал, на прямой вопрос ответил лишь, что им нужно достичь истоков реки, у устья которой воздвигся Святой Град.

– Рискнем, но по-другому, – ответил маг. – В город мы не поедем, там слишком много тех, кто помнит Сына Порядка и Порядочный поход, завершившийся у стен Сар-Тони…

Лицо его свела судорога, и Илна подумала, насколько тяжело жить, осознавая, что из-за веры в тебя погибли тысячи людей.

– Мы двинемся через лес, – Хорст закрыл глаза и что-то загудел себе под нос, негромко и монотонно.

Деревья заскрипели, тяжело и пронзительно, с зашевелившихся ветвей посыпался снег. Из-под сугробов донеслось невнятное бурчание, как из огромного котла с супом. На мгновение девушке показалось, что у нее закружилась голова.

Зеленая стена дрогнула, закачалась, пришла в движение, а когда замерла, то в ней появился проход, достаточно широкий, чтобы мог проехать человек.

– Вперед, – Хорст встряхнул поводьями.

Его конь фыркнул, осторожно вступил на выглядящий утоптанным снег, но дальше пошел уверенно. Следом двинулся брат Ласти, за ним – Альфи и Радульф, а Илна оказалась замыкающей.

Когда за ее спиной раздался пронзительный скрип, девушка вздрогнула и схватилась за меч. Обернувшись, увидела, как толстенные стволы сдвигаются, загораживая проход, отделяя его от дороги.

Больше Илна не оборачивалась.

Тропа шла не прямо, петляла, точно ее прокладывали пьяные в стельку дровосеки. Спускалась в сумрачные ложбины, где снежные стены поднимались выше головы, взбиралась на косогоры.

А потом слуха коснулся монотонный рев, и путники выбрались на открытое место. Глазам их предстала зажатая в теснине скал река, в этом месте не поддавшаяся никаким морозам.

Над блестящими камнями, напоминающими громадные лысины, взлетали тысячи брызг, белая пена облизывала крутые берега. А впереди во всей красе высились горы, исполинским частоколом подпирая небо.

– Куда мы все-таки едем? – спросила Илна.

– Осталось немного, – ответил Хорст. – Всего лишь добраться до истоков реки и отыскать там кое-что…

– Но что? – Радульф обеспокоенно пошевелил седыми усами. – Господин, мы служим вам не по принуждению, и хотели бы знать, что именно делаем.

Альфи согласно засопел.

– Тайник, – неожиданно заговорил брат Ласти, – оставленный в тех местах одним из отцов порядочной церкви.

– А что в тайнике? – не утерпела Илна, хотя прекрасно понимала, что ответа, скорее всего не получит.

– Вы все узнаете в свое время, – ответил Хорст и, толкнув коня пятками в бока, заставил его сдвинуться с места.

Мохнатая шкура, рога и внутренности, сваленные в стороне от костра, выглядели отвратительно, зато поджаривающиеся на углях куски мяса – вполне аппетитно, а от запаха у Илны текли слюни.

Козла добыл Альфи, отправившийся на охоту днем, когда путешественники только встали лагерем около крошечного источника, дающего начало могучей реке.

Сейчас он негромко клокотал в темноте.