Платье сидело безупречно.

Затем были куплены туфли и фата: диадема с вуалью, тонкой как паутина. Букетик незабудок дополнил романтический образ невесты.

Когда все упаковали и отправили в отель, было начало третьего. Блейз настоял на сэндвиче и чашке чая, прежде чем они поедут обратно.

Без пятнадцати четыре они вернулись к себе в номер. Разбирая коробки, Френ открыла одну, от флориста, с гвоздикой белого цвета. Здесь же лежал букет из фрезий циста слоновой кости и красные бутоны ароматных роз.

Красные розы – цветы любви…

– Надеюсь, тебе нравится? – Вопрос Блейза прозвучал странно неуверенно. – Я подумал, когда ты наденешь ожерелье, в твоем букете должны быть те же тона.

– Красиво, – заверила она его. Вспомнив, что он назвал плохой приметой увидеть ее в свадебном платье, она спросила: – Мы поедем вместе в церковь?

– Нет, я уеду первым. Машину для тебя подадут через десять минут.

Она кивнула головой:

– Хорошо, – и пошла в ванную принять душ.

Спустя пятнадцать минут в дверь спальни легко постучали. Поспешно накинув халат, она вышла босая.

За дверью стоял Блейз в безупречном костюме жемчужно-серого цвета с гвоздикой в петлице.

Он выглядел как миниатюра из старинной новеллы: высокий темноволосый красивый жених. Френ охватило странное ощущение нереальности происходящего.

– Позволишь надеть? – Он поднял ожерелье.

Она молча повернулась, чтобы он смог надеть его. Блейз застегнул и поправил ожерелье на шее Френ.

Повернувшись, она пристально посмотрела на него, чего-то ожидая.

– Выглядишь замечательно, как голубая фея.

Сердце ее забилось чаще: перед нею снова был рыцарь из романа, и она ждала его поцелуя. Но он только улыбнулся и ушел, оставив ее в недоумении.

Френ постаралась взять себя в руки и продолжила одеваться: собрала в гладкий пучок волосы, вуаль и диадема довершили картину. Об этом сказало и зеркало: невеста, милая и очаровательная девушка, превратилась в сказочную принцессу, правда несколько бледную, не помог даже тщательный макияж. И все же Френ была удовлетворена своим видом. Эта девушка станет хорошей женой Блейзу и никогда намеренно не причинит ему боль.

Сильный стук в дверь вернул ее из мира грез. Она взяла букет и поспешила открыть, подумав, что, должно быть, пришла машина.

К ее удивлению, там стоял Ричард Хендерсон. Он выглядел весьма представительно в сером костюме с гвоздикой в петлице.

– Выглядишь потрясающе, – сказал он. – Эдварду повезло. Вижу, он не предупредил тебя.

– Нет. – Она улыбнулась. – Я так рада, что вы приехали. Будете нашим единственным гостем.

– Понимаешь, Эдвард сказал, что у тебя нет отца, и попросил привезти тебя в церковь. Я этому очень рад. Не беспокойся, – добавил он, – я провожал двух моих дочерей. – Обеспокоившись, что она все время молчит, он спросил: – Надеюсь, ты не возражаешь?

Задыхаясь от кома в горле, она уверила его:

– Конечно, нет. Я в восторге. Сказать вам правду, я почувствовала легкое… потрясение…

– Могу я предложить вам опереться на мою руку или, может, подставить свое плечо, на которое вы прольете несколько счастливых слезинок? Что вам подойдет?

– Руки будет достаточно, – улыбнувшись, сказала Френ и опустила вуаль.

– В этом случае, – он подал согнутую в локте руку, – экипаж ждет нас.

На улице их ждала машина, убранная белыми лентами и цветами, с улыбающимся шофером, у которого тоже была гвоздика в петлице.

Золотой сентябрьский денек купался в солнечных лучах, когда они шли по мощеной дорожке к дверям церкви. Здесь уже ждал пожилой священник с добрым лицом.

Внутри церковь была вся заполнена цветами, запахом ладана и музыкой органа. Солнце светило сквозь окна, ярко освещая узор на спинках отполированных церковных скамеек, бросая блики на красный ковер.

Френ под руку с Ричардом шла по проходу между скамеек к мужчине, одиноко стоящему у алтаря.

Блейз обернулся, и лишь на мгновение она увидела его лицо таким, каким мечтала его видеть. Затем оно вновь стало холодным. Она встала рядом с ним, и началась короткая, простая церемония. Она ответила на вопросы тихо, но внятно, Ричард сыграл свою роль с апломбом, и в подходящий момент Блейз достал два золотых кольца: одно изящно гравированное, другое обыкновенное.

Он уверенно надел гравированное кольцо на палец Френ. Ледяными и неуверенными пальцами она сумела надеть широкое простое кольцо ему на палец..

Священник объявил их мужем и женой и предложил:

– Поцелуйте невесту.

Блейз откинул вуаль и небрежно скользнул по ее губам.

Две пожилые леди, согласившиеся быть свидетельницами, расписались в книге, широко улыбаясь. Формальности были завершены. Молодожены приняли поздравления и прошли под марш Мендельсона.

На паперти церкви Блейз спросил у Ричарда: