– Я наконец-то поговорил с ней.

– С кем?

Джей закатил глаза:

– Да что с тобой, Райли? Я говорю о Лу-Энн, в которую по уши влюблен. Помнишь?

Райли указал на свою тарелку:

– Съешь отбивную?

После ухода Келли он вдруг понял, что голоден как волк, поэтому обрадовался тому, что ранее договорился встретиться с Джеем за ленчем. И уже заказал целую гору еды, чтобы утолить разыгравшийся аппетит.

Хотя, откровенно говоря, сомневался, что это возможно.

Джей скорчил гримасу, посмотрев на гору жирного мяса.

– Нет, благодарю. – «Отбивные от Уиггли» входили в число любимых ресторанов Райли, но Джей обычно ограничивался там чашечкой кофе и в редких случаях – овощным салатом. – Я уже поел в благотворительной столовой.

По средам Джей всегда работал в благотворительной столовой – разливал суп бездомным. Так что никто не мог назвать его бессердечным корпоративным магнатом. Джей посвятил свою жизнь тому, чтобы тратить нажитые семьей нефтяные миллионы на благие дела.

– Лу-Энн согласилась пойти со мной в книжный клуб, где отдают предпочтение философии и документальной литературе.

– Неужели ты не мог заняться с этой женщиной чем-то более интересным, чем чтение?

Джей осуждающе покачал головой:

– Мы не просто читаем книги. Мы их обсуждаем. Обмениваемся мнениями. Ты знаешь, мне не нужна жена, которая ничем не отличается от шторы.

Райли отпил ледяного чая.

– Похвально.

Джей кивнул, но тут же сник.

– Знаешь, она скорее согласится пойти со мной в другой книжный клуб, чем на свидание.

– А почему ты так подумал?

– Потому что пригласил ее выпить со мной, а она сказала, что должна вернуться домой, чтобы записать выигравшие в лотерею числа.

– Может, она говорила правду.

– Райли, на следующий день их публикуют в газете. – Печальный вздох. – Не понимаю. Ну почему мне так трудно? У меня же есть все, о чем может мечтать женщина, так?

– Конечно… включая скромность.

– Ладно, возможно, я не Том Круз. Нет, вылитый Дон Ноттс.

– Внешность – еще не все.

– И я о том же! – Джей наклонился вперед, забарабанил пальцами по столу. – Знаешь, я где-то прочитал, что Эрнест Боргнайн [11] женился пять раз. Пять!

– Да, но он – Эрнест Боргнайн!

Джей вскинул руки:

– Об этом я и толкую!

– Я хочу сказать, это неудачный пример, – объяснил Райли. – На него работал статус кинозвезды. – Он нахмурился, прежде чем взяться за отбивную. – К тому же разве он не женился на Этель Мерман? [12]

– Не знаю. А что?

– Ты хотел бы жениться на Этель Мерман?

– Речь же не об этом.

Райли рассмеялся:

– Я потерял нить разговора. А о чем, собственно, речь?

– Если Эрнест Боргнайн смог убедить пять женщин сказать: «Я согласна» – почему я не могу довести до алтаря одну-единственную? Ума мне хватает, денег тоже, черт, они просто вываливаются у меня из карманов. Меня это поражает. Большинству мужчин в моем положении приходится отбиваться от женщин, охочих до их денег. А мне так не везет, что ни одна из них не обратила на меня внимания.

– Подожди. Может, так и случится.

– Хотелось бы, чтобы побыстрее. Мне тридцать шесть! Юность уходит!

– Может, Лу-Энн окажется той самой.

– Надеюсь на это. – Джей шумно выдохнул. – Если бы ты видел ее, Райли. Она прекрасна.

– Но ты полюбил ее за ум, – напомнил Райли.

– Разумеется.

Райли рассмеялся:

– Знаешь, Джей, ты видишь в людях только хорошее. Может, смотришь на них через розовые очки и тебе пора их снять?

– При чем тут розовые очки?

– Ты должен более критично относиться к людям, видеть не только достоинства, но и недостатки.

– Да в ком я должен видеть недостатки?

– Возьмем, к примеру… как же ее звали? Та женщина, что взяла у тебя на одну ночь «кадиллак-кабриолет».

Джей скрестил руки на груди:

– Линда. Ты всегда вспоминаешь ее, хотя прошло столько лет!

– Но ты так и не признал подозрительным тот факт, что на заднем сиденье возвращенного Линдой автомобиля нашел мужские трусы.

– Линда все объяснила.

Райли рассмеялся, прикрыв рот салфеткой.

– Она могла протирать ими пыль. Автомобиль вернула идеально чистым.