Среди клумб расположились скамейки, а на той, что стояла около пальмы, сидела женщина, которая испускала голубое сияние.

Очевидно, она и есть Голубая Чародейка, и Арлиан сразу понял, почему ее так зовут. Женщина повернулась, чтобы посмотреть на него, и улыбнулась; ее зубы сверкали, точно сапфиры, а глаза горели ярким синим пламенем.

Это сияние и искаженные цвета мешали Арлиану как следует рассмотреть Чародейку, но он сразу понял, что она молода, не старше него самого — однако, с другой стороны, ему было известно, что Голубая Чародейка очень могущественна и считалась одной из самых сильных волшебниц еще до его появления на свет. Ее волосы изысканной голубой волной стекали на плечи и спину, дальше на скамью и постепенно исчезали, точно дым, где-то около земли. Темно-синее платье Чародейки переливалось, когда она шевелилась, однако Арлиан не заметил ни на нем, ни на самой Чародейке никаких украшений.

Она была красива, и Арлиану пришлось напомнить себе, что, несмотря на ее облик, она вовсе не женщина. Перед ним сидела чародейка: существо, рожденное волшебством.

— Лорд Обсидиан, — проговорила Чародейка и поднялась со скамьи. — Добро пожаловать в мое королевство.

Ее низкий музыкальный голос был изысканно красив, а когда Чародейка выпрямилась, оказалось, что она одного роста с Арлианом. Ему еще ни разу не доводилось встречать женщин настолько высоких.

Арлиан низко поклонился.

— Ваше приглашение для меня огромная честь, миледи… или я должен называть вас «ваше величество»?

— Титулы для меня не имеют значения, вы можете называть меня, как вам будет угодно.

— Спасибо, миледи.

Она шагнула вперед и остановилась примерно в двух шагах от Арлиана.

— Вы действительно лорд Обсидиан, главнокомандующий герцога Мэнфорта, известный также под именем Погубитель Драконов? — спросила она.

— Да, миледи.

Если ей уже столько известно, лгать не имело смысла. Ее волшебство, возможно, в состоянии уловить и предотвратить любые попытки обмана.

— Так сообщил шпион, и мне стало ужасно интересно. Зачем Погубителю Драконов приезжать в Пон-Ашти? Здесь нет драконов.

— Именно по этой причине, миледи, я сюда и приехал — узнать, почему их здесь нет.

Она склонила голову набок.

— Правда? Какой интересный вопрос! — Чародейка знаком показала на скамейку, но не на ту, на которой сидела, а на другую, стоявшую справа от Арлиана, около одной из клумб с цветами. — Прошу вас, устраивайтесь поудобнее, и мы поговорим — пока нам обоим не надоест.

— Благодарю вас, миледи, — ответил Арлиан и опустился на указанную скамью.

Голубая Чародейка двинулась в сторону соседней — она не шла, а плыла по воздуху — и снова села.

Происходящее привело Арлиана в замешательство, уж слишком просто все получалось. Неужели Голубая Чародейка и в самом деле собирается ответить на его вопросы?

Впрочем, он отдавал себе отчет в том, что в их разговоре возникли непредвиденные осложнения — Арлиан не ожидал, что Чародейка знает, кто он такой, да и упоминание о шпионе его озадачило. Кроме того, несмотря на ее поразительную красоту, он испытывал боль, когда поднимал на нее глаза. Как только он пытался разглядеть ее лицо, на него тут же накатывала невероятная усталость, а от голубого сияния, заливавшего двор, начала болеть голова.

— Мне сказали, что вы поклялись уничтожить всех драконов до одного, — проговорила Чародейка.

— Да, поклялся, миледи. Я дал слово уничтожить всех — или погибнуть, сражаясь с ними.

— Почему?

— Они убили мою семью, миледи. Сожгли дом моих родителей, отняли жизнь у матери, отца, брата и всех жителей нашей деревни, а также яд одного из них разъел плоть моего деда. В живых остался только я один. Драконы убивают без всякой причины, просто потому, что им этого хочется, за несколько минут они могут разрушить целое поселение. Они охотятся на нас так, словно мы скот, идущий на убой. Они осквернили мое тело, поместив в него зародыш своего детеныша, и отняли у меня часть души. Пока мы не покончим с ними, люди не смогут жить спокойно.

— Интересно, — сказала Голубая Чародейка и чуть отклонилась назад, словно хотела получше рассмотреть Арлиана. — Вы производите впечатление очень решительно настроенного человека.

— Я обладатель сердца дракона, миледи, моя кровь осквернена ядом дракона. Но это дает мне некоторые преимущества, возможно, решительность — одно из них.

— Интригующая теория. Если это так, получается, драконы сами навлекли на себя свои несчастья.

— Я очень надеюсь, что это так, миледи.

— И я тоже, милорд Обсидиан. Возможно, вы уже поняли, что я не испытываю к драконам теплых чувств.

— Я догадался, миледи; в конце концов, вовсе не их могущество мешает вам углубиться на северные земли, если вы того пожелаете?

— Разумеется, хотя я не знала, что это широко известно в Землях Людей.

— А это вовсе не широко известно. Просто я интересовался данным вопросом.

— Конечно, интересовались. Поразительно. — Она несколько мгновений молча его разглядывала, потом спросила: — Зачем вы приехали в Пон-Ашти? Почему не охотитесь на драконов в северных горах, где они прячутся в своих норах?