По какой-то непонятной причине, может быть, из-за недостатка сна, Николетт находила все очень смешным и улыбалась, прикрывшись воротником плаща. Между братьями была огромная разница – Лэр полон изящной иронии, а Тьери лишен юмора. Когда они оказались одни в комнате для гостей, Тьери буквально прошипел:

– Жалкий негодяй, что ты делаешь в Клермоне? И не смей мне врать!

– Ты становишься похожим на Агнес, – насмешливо заметил Лэр. Он взглянул на Николетт, состроил гримасу шута и подтолкнул ее за плечо к скамье возле камина. Оранжевые языки пламени пылали благословенным теплом. Давно ей не было так хорошо. Тепло, как лекарство, сразу же начало снимать напряжение и усталость.

Лэр на мгновение остановился возле нее, подмигнул и ободряюще похлопал по плечу.

Тьери, стоя к ним спиной, снял меч и пояс и отбросил прочь.

– Черт побери, Лэр. Не дразни меня. Король не далее, чем в лье отсюда, а ты хорошо знаешь – где король, там и его двор. Ты приговорен к изгнанию и хочешь заставить меня поверить, что настолько глуп, чтобы… – он заколебался, слишком разъяренный, чтобы связно выразить мысль. Наконец, его голос прорвался. – Если ты хочешь играть со смертью, я предпочел бы, чтобы это было не в моем присутствии! – его глаза с тревогой задержались на мальчике, сидящем у камина.

– Ему можно доверять?

– Да, полностью.

– Ну так что? Я жду объяснений!

Тьери буквально выплевывал слова, но тут раздался стук в дверь.

Лэр впустил слуг. Две женщины средних лет принесли кувшин с вином, поднос с едой и несколько оловянных чашек. Они поставили еду и вино на стол у стены и быстро ушли. Лэр наблюдал за ними, пока они не скрылись, затем закрыл дверь.

Повернувшись, спросил:

– Наш дядя д'Орфевре в замке?

– ВАШ дядя д'Орфевре, – с нажимом сказал Тьери. Он пересек комнату, подошел к столу и налил себе вина. – Нет, он уехал в Аррас, чтобы подготовить для короля подписание соглашения с фламандцами, – Тьери сощурился. – Почему ты спрашиваешь? Что вы задумали?

Лэр вслед за братом подошел к столу и тоже налил вина из кувшина.

– Тьери, у тебя злой ум. – Он начал понимать, почему брат всегда раздражал его. – Это не имеет ничего общего с Лагрумскими лесами, – он отпил глоток вина, вернулся к камину и протянул чашу Николетт.

– Неужели? – Тьери злился. – Ты всегда был лжецом. И если это еще одна твоя шутка, я клянусь…

– Изабелла и де Конше замыслили убить короля. И они не одиноки. С ними де Севри, де Варенто, есть и другие.

Тьери едва не поперхнулся вином.

– Что ты мелешь?

– Это так. Несчастный случай на охоте. Как только король умрет, Изабелла объявит своих братьев неспособными произвести законных наследников и, опираясь на нормандских баронов, объявит своего сына королем, а себя, конечно, регентом.

– Откуда ты узнал все это?

– Подслушали разговор де Конше, – сказал Лэр, повернувшись к столу за едой.

– Кто?

– Служанка, – Лэр выбрал кусок сыра и попробовал его.

Тьери уставился на него.

– Ты с ума сошел. Становишься похожим на мадам Деньи, кузину нашей матери. Она была заперта в комнате навечно, вот так будет и с тобой.

Николетт откинула капюшон и встала со скамьи.

– То, что он говорит, правда.

– Кто это? – требовательно спросил Тьери. У Лэра появилось искушение сказать брату правду, но он сразу же передумал.

– Одетта Друэ, сестра моего сквайра.

– Боже, Лэр, ты сумасшедший! – Тьери выругался, снова взглянув на девушку. – Так это он вовлек вас в это…

– Нет, мессир, он не настаивал ни на чем. Я сама слышала Рауля де Конше и еще нескольких человек, чьи голоса не узнала. Они задумали убить короля во время охоты на кабана.

Тьери некоторое время молчал. Она не была простой служанкой или крестьянкой, а еще к тому же и красавица, в чем он убедился, когда ее лицо не было скрыто капюшоном. Как она смотрит на него! Темные глаза казались очень убедительными.

Тьери молча пересек комнату, все еще держа в руке чашу с вином, потом тяжело сел на кровать.

– Завтра будет охота и, в самом деле, жертвой будет дикий кабан.

Снова у Лэра возникло искушение все рассказать брату, но он сдержался. Чем меньше людей будут знать правду о Николетт Бургундской, тем безопаснее.

– Тьери, – начал он.

– Нет, – брат поднял руку, будто отстраняя слова. – Не говори мне ничего. Я не желаю знать.

– Тьери, задумайся на минуту. Это касается также тебя и Гардинэ. Если Изабелла захватит корону, что станется с твоим тестем?

Долгое время слышался только треск дров в камине. Наконец, Тьери сказал:

– Изабелла здесь, в замке. Достоверно, что де Конше сам назначил охоту для развлечения короля на завтра, – он в упор посмотрел на Лэра. – Король не поверит вам. Он не поверит и мне. Мы ничего не сможем сделать.