– У вас нет никакого расписания на это утро.

– Что за чепуха! Неужели Нэнси сказала вам это?

– Ей не пришлось ничего говорить. Я просто посмотрел на ваш календарь деловых встреч.

Краска проступила на лице Изабеллы. Она повернулась и бросила папки на письменный стол. Потом уперлась руками в бока.

– У вас всего две минуты, чтобы закрыть за собой дверь с той стороны, – холодно отчеканила она. – После этого я вызову полицию и скажу, что вы самовольно вторглись сюда. – Ее улыбка была решительной и холодной. – Телефон сегодня работает.

Брэд хотел рассмеяться, но она посмотрела на него таким взглядом, что он поостерегся. Ведь Энтони предупреждал его: действуй трезво, хитро и выведай все, что можно.

– Знаете, сегодня я не собираюсь ссориться. Я пришел за информацией. Вы сделали вчера одно заявление, и я…

– И вы хотите доказательств.

Он прищурился. Она сказала это так спокойно. Значит, были доказательства? Неужели два выживших из ума старых дурака и в самом деле состряпали документ, из-за которого Джонсонам предстоят немалые хлопоты?

– Да, – ответил он, не отрывая взгляда от ее лица. – Хочу.

Изабелла кивнула. Она повернулась, обошла вокруг письменного стола и села по другую сторону его.

– Мой отец и ваш имели словесное соглашение.

Брэд натянуто улыбнулся. Похоже, что их денежки действительно вылетят в трубу. В какой-то мере он был готов к этому.

– В самом деле? – спросил он. И вперился в нее испытующим взглядом. Но она не отвела глаза и даже не моргнула. – А с какой целью? Зачем было моему отцу соглашаться на такое дурацкое условие?

Изабелла закусила губу. В самом деле, зачем? Законный вопрос. И рано или поздно ей все равно пришлось бы отвечать на него. А пока все, что она могла сделать, это продолжать блефовать.

– Понятия не имею, – вежливо ответила она. – Но выяснять мотивы вашего отца – это не моя проблема. Однако если вы решитесь оспаривать мое право остаться во главе этой компании…

– Что значит «если решусь»?

Голос Брэда прозвучал мягко, почти вкрадчиво; только позднее она поняла, что в нем таилась угроза.

– Да, – сказала она невозмутимо. – Если вы надумаете оспаривать мое право…

Брэд вдруг обогнул ее стол так стремительно, что она успела только раскрыть рот от изумления. Он наклонился, схватил ее за плечи и силой заставил встать.

– Это моя компания, не забывайте этого, мисс Найт! А что касается вашей истории насчет словесного соглашения, – холодно произнес он, – то знайте, милочка, что она гроша ломаного не стоит. Все это просто наглая ложь!

Изабелла метнула на него гневный взгляд.

– Я отказываюсь разговаривать в таком тоне!

– Почему же, милочка? Боитесь правды?

– Не называйте меня… Не смейте меня так называть!

– Как это «так»?

– Милочка, – ответила она ледяным голосом.

Его улыбка показалась ей натянутой и совсем не веселой.

– А почему нет? Это что, оскорбляет ваше дурацкое представление о женском достоинстве?

– Послушайте, вы… Вы просто хулиган, бандит, шантажист…

– Я? Шантажист? – Брэд деланно рассмеялся, но глаза его оставались холодными. – Черт, я думал, вы более разумны и… более воспитаны.

– До свидания, Брэд. Нам больше не о чем разговаривать.

Его руки сжали ее запястья так, что она почувствовала нешуточную боль.

– Знаете, что я думаю? Я думаю, что вы назовете бандитом любого мужчину, у которого просто хватит смелости не спасовать перед вами.

Изабелла рассмеялась.

– Шутить изволите! Вы врываетесь ко мне в кабинет, словно… словно идете на штурм, и приказываете мне убираться вон, точно я поломойка. А потом обижаетесь, что я называю вас тем, кто вы есть? – Она гордо вскинула голову. – В чем дело, Брэд? Разве вы не знаете, как надо обращаться с женщинами, тем более такими, как я?

Она сморозила глупость, но поняла это в тот момент, когда было уже поздно. Брэд рассмеялся, и его руки обвились вокруг нее.

– Черт, – сказал он. – Я ведь и в самом деле знаю, как обращаться с такими женщинами, как вы.

Когда его губы коснулись ее рта, Изабелла вскрикнула от неожиданности и уперлась кулаками ему в грудь, чтобы уклониться, но он лишь притянул ее еще ближе.

– Прекратите, – яростно шипела она, – прекратите, слышите? Вы только доказываете, что я была права, что вы невоспитанный, грубый…