– Ты это чего же... – насупился Михей. – Суку из меня сделать хочешь? В стукачи пристроить?

– Знаешь, с этой хатой – тема личная. В ней жила родственница моего... друга. – Объяснять, что Бергман не друг, а всего лишь знакомый, Василий не стал. – То есть разбираться будем мимо конторы. И от тебя требуется только вот эта разовая услуга. Но если ты не хочешь...

Перед тем как продолжить, журналист сделал многозначительную паузу.

– Там... – он большим пальцем правой руки небрежно мотнул куда-то за спину, – на улице... отделение СОБРа... Если мы не договорились, то встречаем твою подругу с документами, я жму на тангенту радиостанции, и здесь начинается маски-шоу. Как?..

Теперь примолк, размышляя, Михей... Вообще-то любое сотрудничество с властями для уважающего себя "блатного" – западло. Это общеизвестно. Но только бандит был уж никак не из "старозаконников". И даже не из "новой братвы"... Так, обычный халявщик, искатель легких денег, "перекрашивающийся" из "масти" в "масть" тогда, когда ему это выгодно. И для таких вот типов каких-то моральных принципов и ограничений не существует...

Василий не ошибся в расчетах. Для приличия помявшись, Михей тяжело вздохнул и пробормотал:

– Ладно, командир, твоя взяла... Говори, что за хата?..

Скопцов, мысленно торжествуя, четко и раздельно, чуть ли не по слогам, назвал адрес. Михей добросовестно записал все это на салфетке, взятой из стоящего на столе пластикового стаканчика. Посмотрел адрес, пожевал толстыми губами, после чего поинтересовался:

– Че тебе "пробить"-то надо?..

– Ну, если "кинутая" – кто, что за люди, можно ли с ними миром договориться... И куда хозяйку дели.

– Понятно... И кому позвонить?.. Ну, ежели что...

– А я сам тебе позвоню! – широко ухмыльнулся Василий. – На сотовый... Номерок диктуй...

– А у вас че, разве нет?.. – насторожился Михей.

– Знаешь, не такая уж ты крупная рыбина, чтобы вести за тобой тотальный контроль. Так, мелкий пакостник... Именно поэтому я с тобой-то и разговариваю...

Прозвучало довольно убедительно. По крайней мере Михей поверил... Сопя и пыхтя, время от времени бросая тревожные взгляды в сторону входной двери, нарисовал на другой салфетке одиннадцать циферок телефонного номера.

– Все теперь? – протянул салфетку Василию.

– Все, – кивнул тот.

– Тогда псов своих отзови! Скажи им, что, типа, все нормально!

Вон оно что! Господин бандит боялся СОБРа!..

Скопцов с самым серьезным видом запустил руку во внутренний карман куртки, нащупал обычную шариковую ручку. Щелчок кнопки прозвучал достаточно громко...

– Кулак, Кулак, я – Шило!.. – забормотал он, наклонив голову к лацкану куртки. – Как слышишь меня, Кулак?..

Сделал небольшую паузу. Так, для порядка...

– Отлично! Значит, так, Кулак, по акции – отбой! Возвращайтесь на базу! Возвращайтесь на базу! Конец связи...

Опять щелкнув кнопкой ручки, поднял голову.

– Все?.. – спросил у Михея. – Доволен?

– Все, – кивнул тот.

– И учти... – тут уж Скопцов сделал физиономию самую зверскую. – Попробуешь обмануть...

– Да я че, совсем тупой, что ли! – даже обиделся Михей. – Кому же это захочется под ваших беспредельщиков в масках попадать! Мы уж лучше как-нибудь с тобой договоримся, командир!

– Молодец! – искренне похвалил бандита Скопцов. – Правильно понимаешь политику партии и правительства! Бывай! И... Когда позвонить?.. Чтобы не в напряг тебе было?..

"Кидала" на какое-то мгновение вроде как призадумался, потом решительно ответил:

– Можешь сегодня, после девяти... Возможно, кое-что я уже знать буду...

– Добро... – Василий встал из-за стола и не спеша направился к стойке буфета. А в это же время подружка Михея все с той же черной пластиковой папочкой в руках открывала дверь...

За тем, как происходила передача, Скопцов не наблюдал. Только отметил, скосив самый краешек глаза, что Михей, получив документы, воровато оглянулся в его сторону и что-то быстро сунул в обильно украшенную золотом ладошку...

– Мне, пожалуйста, коробочку во-он тех конфет... – Как ни странно, но здесь, помимо отвратительного кофе и черствых, скорее всего, прошлогодних пирожков, оказались и вполне недурственные, на взгляд Скопцова, конфеты.

Буфетчица, уже довольно немолодая, усталая тетка, почему-то тяжело вздохнула, покачала головой, но все же вручила Василию требуемое, отсчитала сдачу и отошла в сторону.