– Да, детка.

– Даже если там, а не в церкви? – Она мотнула головой в сторону бельведера.

– Да, – заверил ее священник.

Он мог бы посмеяться над ее вопросом, но Кайли понравилось, что такой серьезный человек принял ее вопрос всерьез.

– Даже в этом случае.

– Это хорошо. – Кайли успокоилась, но почему-то почувствовала головокружение. – Для меня и мамочки.

– Я знаю Мартина очень-очень давно, – продолжал священник. – Он первый раз причащался в моей церкви. Он был здесь, когда… и по другим поводам тоже. Это хорошо для него.

Когда священник пошел попрощаться с Мартином и мамой, Кайли спустилась вниз по ступенькам и побежала обратно в бельведер. Убедившись, что ее не видно с веранды, она засунула руку в свою корзину и вытащила из-под цветов куклу Натали. Мартин слишком уж рассердился в тот раз, и она не хотела, чтобы это повторилось снова. Она закрепила венок на голове куклы, затем повернулась лицом к озеру.

Ночь была очень темной. Рыба с тихим всплеском выпрыгивала из озера. Небо над вершинами гор сияло звездами. Светлячки мерцали на соснах и высоких травах. Кайли замерла, затаив дыхание, крепко вцепившись в куклу. Что-то должно было случиться, даже более удивительное, чем свадьба. Она знала, она знала, она всегда знала…

Просматривая противоположный берег, она увидела маленькую девочку, всю в белом, с полупрозрачными, как паутинка, крыльями и белыми ботиночками на ногах: это го ангела она видел в самолете. Пока Кайли ее разглядывала, девочка развела в сторону руки. Кайли в ответ тоже развела руки, как будто она могла обнять ее через воды. Но девочка хотела чего-то другого.

– Куклу? – спросила Кайли, и маленькая девочка кивнула.

Кайли присела, чтобы положить куклу в корзину. Тряпичная кукла с простым окрашенным лицом. Но Кайли все же поцеловала ее. Ей хотелось бы оставить куклу себе, но она знала, что так нельзя было поступить. Если у тебя есть сестра, ты не берешь ее игрушки насовсем.

Поднеся корзину к воде, Кайли пустила ее в плавание. Корзина, покачавшись из стороны в сторону, приняла устойчивое положение и стремительно поплыла, как будто подхваченная течением, к девочке на том берегу озера. Кайли смотрела, как плывет корзина, видела, как девочка-ангел стоит неподвижно, все еще разведя руки, и ждет, пока к ней приплывет корзина с ее куклой.

– Ты пускаешь кораблики? – раздался проникновенный голос Мартина.

Кайли была так удивлена, что чуть не упала в озеро.

– Ну, – начала она, – что-то в этом роде. Я…

– Отец Бопре сказал мне, что я могу найти тебя здесь.

– Он хороший, – сказала Кайли.

– Он сказал мне, что ты радуешься нашей свадьбе. Что мы с твоей мамой поженились.

– Радуюсь, – прошептала Кайли.

Она была настолько счастлива, она не могла даже говорить нормальным голосом.

– Не переживай, что свадьба была не в церкви. – Мартин положил ей руку на плечо. – Здесь все вокруг моя церковь: природа, лес, горы, озеро, воздух. И так было всегда. Я возьму тебя покататься на лодке, Кайли, и научу грести. А когда оно замерзнет, я научу тебя кататься на коньках. Ты хочешь?

– Да, – ответила девочка, поглядев на него. – Очень.

– Ты видишь светлячков? – спросил он.

Кайли кивнула и вспомнила, что он уже рассказывал ей однажды.

– Они похожи на звездочки.

– Спустившиеся с неба, – добавил Мартин. – Так, бывало, говорила моя мама.

– С неба, – повторила за ним Кайли.

– Моя дочка там, на небе. – Мартин смотрел куда-то на тот берег.

У него был решительный и острый взгляд, он смотрел прямо на то место, где стояла крошечная девочка. Она взмахивала своими крылышками, и Кайли знала, что она вот-вот улетит. Сердце Кайли заколотилось, так страстно ей захотелось, чтобы Мартин увидел Натали: что Натали была здесь, на Лак-Верте, что она спустилась на землю вместе со светлячками, чтобы посмотреть на свадьбу своего папы и повидать свою новую сестру.

– Натали, – позвала Кайли, но Мартин подумал, что она по-прежнему разговаривает с ним.

– Да, Натали, – кивнул он. – Твоя мама сказала тебе.

– Натали! – позвала Кайли громче.

«Это из-за меня ты видишь ангелов, – донесся до Кайли голос маленькой девочки. – Мне надо кое-что объяснить тебе».

«Объяснить мне?»

«Это о моем папе, – сказала Натали. – Он нуждается в твоей помощи. Ты можешь помочь ему».

«Как?» – удивилась Кайли.

«Люди могут ничего не видеть не только глазами. Они могут быть слепы душой и не видеть любви, не видеть правды».

– Мне ее недостает. Я тоскую по моей девочке, – признался Мартин.

Он погрустнел, глядя прямо на… нет сквозь то место, где на противоположном берегу светлячком мерцал белый ангел.

– Именно поэтому я так расстроился тогда.

– Она тоже по тебе тоскует, – пробормотала Кайли, пытаясь сосредоточиться на двух голосах сразу.

– Твоя мама сказала мне, – Мартин присел перед Кайли, – что ты хочешь знать, должна ли ты называть меня Мартином или как-то еще.

– Как-то еще… – повторила за ним Кайли, у нее перехватило горло, и она замолчала.