– С этим-то как раз почти никакого риска! – усмехнулся полковник.

– Вы не шутите! – горячился Волков. – Часики были заведены по-настоящему! Разве нет? Взрывотехники рассказывали, что все было сделано очень профессионально, с выдумкой и дублированием систем подрыва!

– Часики-то были заведены, – согласился Каледин. – Но дело, скорее всего, в другом! Просто нам поздно передали сигнал о террористе. Если бы милиция поторопилась – Ахмада взяли бы раньше! Тогда и кассета попала бы к нам своевременно! Тогда и часики бы не тикали!

В конце концов с логикой подчиненного Волков согласился. Вопрос очень серьезный, и чем черт не шутит. Полковник ведь Волкова не подводил, так зачем его тормозить? Если будет результат – лавры-то все равно распределятся в соответствии со штатным расписанием! И уж Волков-то точно ничего не теряет, а скорее наоборот!

– Ладно, пусть твои ребята работают по «Бумерангу», – сказал генерал. – Но до получения достоверной информации будем считать, что делается это в рамках оказания помощи милиции в деле об убийстве ветеранов. Иначе кое-кто может перехватить нашу инициативу и первыми добежать до финиша!

Довольный высочайшим разрешением, Каледин вернулся к себе и дал отмашку к началу совещания. После благодарности сотрудникам от руководства и себя полковник посерьезнел.

– Прошу не расслабляться, мужики, имеется очень серьезная информация. Предстоит плотно поработать…

На коротком служебном совещании Каледин поставил стратегические задачи, среди которых фигурировали следующие: 1) Проверить уничтожение объектов системы «Бумеранг» и подтвердить факт отсутствия на них ракет. 2) Доставить на Лубянку личные дела сотрудников спецотдела из архива управления кадров. 3) Разыскать бывших сотрудников спецотдела, имевших отношение к проекту «Бумеранг» и опросить их с целью обеспечения выполнения п. 1 и поиска шахты № 6. 4) Разыскать сослуживцев погибших ветеранов…

К любому из вышеперечисленных пунктов полковник мог приписать: «Очень срочно!»

Усталый и злой, Аслан вернулся домой лишь под утро. Где он был – никому не известно, видать, скрывался, как волк, в ожидании облавы. Но, убедившись, что охотники не появились, чеченец решил, что уже и не появятся! Осунувшаяся от нервов и волнений Фатима накормила боевика и от греха ушла из кухни. Но скоро земляк позвал ее обратно.

– Нияза убили! – после долгого молчания произнес Аслан, глядя в стену.

– Когда, кто? – застыла в растерянности женщина. Она наивно полагала, что в Москве никого не убивают, а убивают только там – на родине, среди гор…

– Бандиты, кто же еще! – рыкнул чеченец, наворачивая нехитрую еду. Закончив с трапезой, он упер в Фатиму страшный взгляд и сказал: – За Нияза ты отомстишь!

– Я готова! – бесцветно ответила женщина. – Скажи, брат, куда мне идти?

– Завтра жаркий день предстоит, – сказал Аслан. – Я тоже за Нияза мстить буду! Молись, сестра, завтра все решится.

Взглянув на замутненное дождливыми облаками небо, Вольский набрал номер одного из тех двух парней, отправленных им в командировку некоторое время назад. Они выходили на связь и сообщали, что все в порядке. С тех пор главарь с ними не связывался.

– Привет, старина! Как обустроились? – спросил Вольский, после того как узнал голос на другом конце сотовой линии.

– Все нормально – греемся под южным солнышком, у нас двадцать пять! – сообщил телефон.

– А у нас холодно, осень, – посетовал главарь. – Как доехали?

– Маршрут прошли без приключений. Пару раз менты останавливали, но не шмонали, только денег взяли!

– Отлично! – сказал Вольский. – Точки на местности нашли?

– Да – быстро отыскали, все приготовили, не переживай, командир! – рапортовал грубый голос. – Когда вылетаете?

– Планируем послезавтра вечером, если… тьфу, тьфу, тьфу, ничего не случится, – ответил главарь. – Перед вылетом я позвоню. Будьте наготове!

– Понял, командир!

Все последующее время до самого вечера Вольский посвятил подготовке к штурму объекта «Поляна-6». Он еще раз осмотрел объект в бинокль с разных сторон и убедился, что оказать достойное сопротивление там попросту некому. Это в районах боевых действий бойцы проявляют должную бдительность, а тут, в Москве… Война кажется им слишком далекой, чтобы говорить о ней всерьез. А это порождает непростительную беспечность…

Вольский сел в машину и уже на ходу позвонил Марине, предупредив, что едет к ней. По ее струящемуся голосу он понял, что женщина обрадовалась. Последнее время главарь часто думал о ее роли на конечной фазе операции, но к однозначному выводу не приходил. Слишком тесно все переплелось.

Марина встретила Вольского радостным щебетанием, обдав огрубевшую мужскую душу теплом и любовью, словно морским бризом. Она подбежала стремительным вихрем, взяла мужчину за руку и тут же поцеловала в щеку! Щетина больно царапнула нежные губы, так что женщина вскрикнула: «Ай!»