– Устала? – спросил он.

– Да.

– Ты, наверное, жила где-нибудь в Техасе, значит, должна уметь спать в седле.

Клер улыбнулась: теперь, когда они отделались от Гарвуда, тревоги Форчена, наверное, ушли.

– Я загляну в салун и посмотрю, нет ли там кого-нибудь из суда, кто помог бы забрать тело. И присмотрю место, где мы остановимся.

– Это было бы замечательно, полковник! Мне совсем не хочется садиться на лошадь.

Он взял винтовку и положил ее рядом с девушкой.

– На случай, если к вам подойдет кто-нибудь и начнет приставать. Пальнешь, и я тут же прибегу.

Клер наблюдала, как Форчен шел: широкими шагами, легко переставляя длинные ноги; он быстро удалялся по узкой пыльной улочке.

На улице стало тихо. Она прислонила голову к столбу, борясь со сном. Через несколько минут она подняла голову и увидела, что Форчен вышел из салуна с коренастым человеком. Парочка спустилась вниз по улице и вскоре скрылась в темноте. Вернулись они уже втроем. Клер, отгоняя от себя сон, смотрела на приближавшихся к ней людей.

– Шериф Лейвилл и Эдвин Пог. Это моя жена, миссис О'Брайен и ее сын, Майкл, который спит.

– Рад познакомиться с вами, мэм, жаль, что при таких обстоятельствах. Давайте закончим это дело.

Мужчины внесли тело Гарвуда в участок, и девушка закрыла глаза.

– Клер…

Она открыла глаза. Сдвинув на затылок фуражку, рядом с ней на коленях стоял Форчен.

– Вниз по улице расположены меблированные комнаты, принадлежащие сестре шерифа. Мы можем остановиться там.

Клер кивнула и взяла под уздцы лошадей, пока Форчен поднимал Майкла.

– Когда мы доберемся туда, я отнесу его наверх и уложу. Затем вернусь и позабочусь о лошадях.

– О лошадях могу позаботиться и я.

– Нет, ты останешься с Майклом.

Она не стала возражать, чувствуя, что валится с ног от усталости. В двухэтажном доме викторианского стиля горел свет, на пороге стояла женщина.

– Вы, должно быть, и есть О'Брайены, – произнесла она, когда они поднимались по лестнице. – Посмотрите на малютку… Прямо спит на ходу. Заносите его в дом. Я – Ингрид Ройер. Бедняжки… Брат сказал мне, что ужасный бандит пытался ограбить вас; надеюсь, он не слишком напугал вашего мальчика.

– Все произошло очень быстро, – ответил Форчен, следуя за ней.

Женщина запахнула свой голубой капот и откинула назад косу – длинные каштановые волосы доставали ей до пояса.

– Сегодня очень душная ночь. Мне жаль, что у нас нет двух свободных комнат… Зато у нас четыре мальчика, так что наш дом переполнен.

– Очень мило с вашей стороны, что вы нас пустили, – сказала Клер.

– И одна комната – блаженство для нас, – добавил Форчен.

Даже несмотря на усталость, Клер по-прежнему было непривычно жить в одной комнате с О'Брайеном. Но другого выбора не было… Либо комната в гостинице, либо – снова привал в лесу.

Ингрид Ройер открыла дверь и пригласила их в длинную, узкую комнату с обычной железной кроватью. Помимо кровати в комнате стояло еще два стола из красного дерева, кресло-качалка, комод и умывальник. Горела лампа, окна были открыты.

– Я старалась приготовить комнату к вашему приходу. Вы можете постелить на пол одеяла, если хотите положить на них спать вашего сына. Мы всегда так делаем для наших мальчиков, когда у нас гостят родственники и все кровати заняты.

Форчен положил Майкла на одеяла.

– Он может спать на чем угодно. Я распоряжусь о лошадях, а когда вернусь, запру дверь.

Она рассмеялась и махнула рукой.

– Я понимаю, что вы попали в ужасную переделку, но в этом городе вам нет нужды запираться. В тюрьме у моего брата сидят разве что только изрядно подвыпившие гуляки, или же Генри Ла-Порт позволит своей козе опять забраться в соседский огород. Завтра весь город будет говорить об отступнике. Представляю, им захочется, чтобы прежде, чем его похоронить, тело вынесли на всеобщее обозрение.

– Они могут делать все, что угодно… – уходя, сказал Форчен.

– Если вам что-нибудь понадобится, постучите ко мне в дверь. Наша спальня – первая дверь в конце коридора.

– Большое спасибо за заботу о нас, – поблагодарила Клер.

– Я закрою дверь, миссис О'Брайен. Услышав это имя, Клер стало неловко за обман, и она остро почувствовала неизбежность ночи, которую предстояло провести с Форченом в одной комнате. Майкл ни о чем не спросил, а другим не было до этого никакого дела.

Клер присела и взглянула на пораненную ногу Майкла. Ступня не вспухла, не изменила свой цвет.