Шрифт:
— Дозвонились?
Обернувшись, Кэролайн увидела хозяина магазина, выходившего из склада с тремя коробками сигарет.
— Да, спасибо, Ли, — отозвалась она. — Спасибо, что разрешили воспользоваться телефоном.
— Какие проблемы? — ответил тот. — В любом бизнесе первое дело — это угодить клиенту.
— Вы меня выручили, — сказала Кэролайн. — Скоро надо будет все-таки покупать второй мобильный.
— Да, купишь, а потом уже и обойтись без него нельзя, — предупредил Ли. — И хлопот не оберешься: то у них сеть переполнится, то система полетит, то неизвестно что. По мне, лучше старые добрые провода.
— Возможно, вы правы, — дипломатично сказала Кэролайн.
— А кто эта юная леди? — спросил Ли, кивнув в сторону торгового зала. — Родственница?
— Нет, просто знакомая, — ответила Кэролайн, поворачивая голову вслед за его взглядом. — Она немного погостила у нас, и…
Продолжение старательно придуманной истории застряло в горле. Меланта не остановилась у витрины с закусками. Она продолжала идти медленным, размеренным шагом.
Прямо к двери.
— Извините, — пробормотала Кэролайн и, поставив чемодан, заторопилась следом.
Сомнений не было — девочка направляется к выходу. Кэролайн хотела было позвать ее, но вовремя сообразила, что имя «Меланта» может привлечь совсем ненужное внимание. Ускоряя шаг, она старалась оказаться у двери первой.
Как ни странно, несмотря на фору, догнать Меланту оказалось совсем нетрудно. Пока Кэролайн в панике маневрировала между покупателями, периодически выкрикивая невразумительные междометия, девочка продолжала идти тем же размеренным шагом.
«Она будто и не хочет убегать, а только притворяется», — подумала Кэролайн.
Она догнала девочку за несколько шагов до двери.
— Погоди-ка. — Она ухватила ее за руку. — Куда это ты собралась?
Меланта повернула голову… и у Кэролайн перехватило дыхание. Лицо девочки превратилось в ничего не выражающую маску, веки были прикрыты, словно в полусне. Зрачки так расширились, что почти заполнили радужную оболочку.
— Мне надо вернуться, — проговорила она низким, осипшим голосом. — Дело нужно завершить. Мне надо вернуться.
Она снова двинулась к двери.
— Ну, нет. — Кэролайн крепче сжала ее руку. — Никуда ты не пойдешь без…
«Приведи ее ко мне».
Кэролайн вздрогнула. Произнесший эти слова голос был не похож ни на один из слышанных ею раньше. Он будто доносился издалека и в то же время как бы звучал рядом. Совершенно незнакомый голос, но ей казалось, что она давно знает того, кто говорит.
И раздавался он не в ушах, а в голове.
«Приведи ее ко мне, — продолжал голос. — Открой дверь и приведи дитя мира ко мне».
Кэролайн нахмурилась. Открыть дверь? Но дверь магазина и так открыта.
— Кто это? — прошептала она. — Да где вы?
«Ты должна понять, что я делаю это ради всеобщего блага, — произнес голос. — Отопри дверь и приведи дитя мира ко мне».
Магазин покачнулся перед глазами у Кэролайн, словно тротуар в жаркий июльский день. Голос звучал так убедительно, так настойчиво, так уверенно. Ему нельзя отказать. Нельзя не привести к нему Меланту.
Меланта. Девочка, которая смотрела на нее безнадежным взглядом, сжавшись от холода в комок в том темном переулке. Девочка, которая обрела покой и безопасность у них дома и была как нормальный ребенок, пока враждебный мир снова не навалился на нее.
Девочка, у которой оставил на шее синяки тот, кто хотел ее убить.
— Нет, — прошептала Кэролайн вслух. — Уйдите и оставьте нас в покое.
Она отчаянно тряхнула головой; зрение прояснилось, и предметы вокруг, словно в сфокусированном объективе, встали на свои места.
Где-то рядом раздался мягкий звонок дверного фотоэлемента, и Кэролайн поняла, что Меланта каким-то образом освободила руку. Оглянувшись, она увидела, что девочка уже шагнула за порог магазина.
— Вернись сейчас же! — Кэролайн в два прыжка догнала девочку и снова схватила ее за руку. — Никуда ты не пойдешь.
«Приведи ее ко мне».
Голос продолжал звучать так же настойчиво. Но уже не действовал.
Во всяком случае, на Кэролайн. А Меланта, похоже, все еще не освободилась от его власти. Она тянула Кэролайн, как собака на поводке, направляясь к углу перекрестка.
— Ну погоди, Меланта, — ласково звала Кэролайн. Она изо всех сил упиралась каблуками, стараясь, чтобы происходящее не выглядело как семейная сцена. Меньше всего ей хотелось, чтобы кто-нибудь вызвал полицию с жалобой на жестокое обращение с ребенком. Она быстро оглянулась, но, похоже, никто ими не интересовался.