– Так возвращайся в свой Балтимор, – отозвался он, исчезая внизу.

Челси почувствовала, как глухое, безысходное отчаяние овладевает ее душой. Неделями все только и делали, что смотрели на нее как на пугало, переговаривались за ее спиной и не желали общаться с ней. Она терпела все это, надеясь, что со временем ситуация изменится. Но этот неожиданный уход Хантера оказался последней каплей, переполнившей чашу ее терпения.

Отойдя от перил лестницы, она скорбным взглядом окинула свой кабинет, вид которого еще недавно так радовал ее.

– Я сделала большую ошибку, – пробормотала она, снова подходя к рабочему столу. – Мне не следовало сюда приезжать. – Она выключила верхний свет, погасила настольную лампу и добавила: – Я не могу оставаться в одиночестве. Мне необходимы дружеские контакты, общение, сотрудничество. Я не сделала этим людям никакого зла и вправе рассчитывать хоть на малую толику внимания и участия с их стороны. – С этими словами она подхватила под мышку свою рабочую сумку и быстро спустилась по лестнице. Проходя мимо Ферн, она на ходу бросила: – Я ухожу, – не заботясь о том, что слова эти прозвучали резко, почти неприязненно. Прежде она никогда не позволяла себе говорить с кем-либо подобным тоном. Но теперь она считала себя вполне вправе платить жителям Норвич Нотча их же монетой.

"Патфайндер" был припаркован в дальнем конце стоянки, принадлежавшей Швейной Гильдии. Челси резко открыла дверцу, бросила сумку на сидение, села в машину и, свернув на подъездную аллею, дала полный газ. Внутри у нее все клокотало от бешенства. На предельной скорости она миновала пустынные улицы городка и въехала в свой двор. Несколько рабочих занимались электропроводкой в комнатах нижнего этажа. Челси молча прошла мимо них, направляясь в спальню. Там она сняла с себя одежду и, облачившись в шорты и майку, надела на ноги кроссовки, сбежала вниз по лестнице и выскочила во двор.

Воздух был влажным и тяжелым. От земли поднимался пар. Некоторое время Челси бежала трусцой, затем увеличила скорость. Бег дал ей разрядку, в которой она так нуждалась. Дыхание ее было ровным, усталости она не чувствовала, хотя через несколько минут одежда ее взмокла от пота и стала прилипать к телу. Где-то вдалеке гремел гром, но Челси, не боявшаяся грозы, продолжала удаляться от своего дома по главной магистрали, ведущей прочь из Норвич Нотча. Дорогу пересекал бугристый проселок. Челси свернула на него, вспомнив, что они с Хантером проезжали здесь на его мотоцикле. Но бежать по неровной почве оказалось тяжело, и Челси повернула на первое же встретившееся ей шоссе. Порядком устав, она вернулась на главную магистраль, и здесь обнаружилось, что она, не рассчитав свои силы, очутилась гораздо дальше от дома, чем могла предположить.

Вздохнув, Челси побежала назад. Небо над ее головой заволокли тучи. Собиралась гроза. Челси присела отдохнуть на небольшой холмик у дороги. Она уронила голову на руки и расслабилась, восстанавливая дыхание. Мимо проносились легковые машины и грузовики. Некоторые из них притормаживали. Водители готовы были предложить подвезти ее. Но Челси продолжала сидеть, не поднимая головы. Когда она встала и попыталась развить прежнюю скорость, оказалось, что ноги едва слушаются ее. Она бежала теперь медленнее, успокаивая себя мыслью о том, что каждый шаг все же приближает ее к дому, к горячей ванне и мягкой постели. Она не уставала корить себя за то, что осуществила свою нелепую затею с Норвич Нотчем. Похоже, ничего хорошего из этого не выйдет. Мысль о ночи, проведенной с Джаддом, продолжала неотступно преследовать ее. Она думала о происшедшем с оттенком сожаления и раскаяния.

Начался дождь, его крупные холодные капли падали на разгоряченное тело Челси. Но раскаты грома слышались все так же далеко. Машины, замедляя ход, освещали ее своими яркими фарами и проносились мимо. Она была уже у самого поворота к Болдербруку, когда один из легковых автомобилей, поравнявшись с ней, притормозил и не стал обгонять ее. Челси нетерпеливо махнула водителю рукой, давая ему понять, что не нуждается в его услугах, но машина продолжала преследовать ее примерно на одной с ней скорости. Челси встревоженно оглянулась и узнала «блайзер» Джадда.

Она еще неистовее замахала рукой. Меньше всего на свете она хотела бы сейчас видеть этого человека, говорить с ним. Раз у него не хватило духу прийти сегодня к ней на работу, то пусть проваливает отсюда ко всем чертям!

Обогнав ее, он остановил машину, открыл окно и крикнул:

– Залезайте!

Дождь усилился, но Челси, помотав головой, продолжала упрямо бежать вперед. Джадд просигналил, но она даже не оглянулась.

Вот и долгожданный поворот к Болдербруку. Челси насколько могла прибавила скорость. Джадд в своем «блайзере» не отставал. Старый фермерский дом находился примерно в полумиле от поворота. Челси рассчитывала добраться до него минуты за четыре. Она мечтала залезть в горячую ванну, выпить бокал вина и от души выплакаться.

Но Джадд смотрел на происходящее совершенно иначе. Обогнав Челси, он поставил машину поперек дороги, выскочил под дождь и большими шагами направился к ней. Она попыталась проскользнуть мимо, но Джадд ухватил ее за руку и с силой рванул к себе. Движимая силой инерции, Челси через мгновение оказалась в его объятиях.

– Что же вы делаете, черт побери? – с негодованием воскликнул он.

Она попыталась высвободиться из его рук.

– Отпустите меня!

– Ведь дождь льет как из ведра!