Немного помолчав, Лили добавила:

– Думаю, ему не следовало вспоминать прошлое.

Они с Мэттом редко говорили о той ночи, когда погиб Джоуи Манкусо. У Лили не было сомнений, что Мэтт счастлив, доволен своей жизнью и без ума от жены и детей, но иногда она чувствовала, что он погружается в мир воспоминаний и размышляет о том, что случилось, и о человеке, которого убил.

Они так никогда и не узнают, спас ли их Джоуи Манкусо в ту ночь. Единственный человек, который мог дать ответ на этот вопрос, был Тони Грациано, но он умер от сердечного приступа еще до того, как предстал перед судом, и уже никогда не заговорит. Лили знала, что Мэтт совершенно уверен в том, что Джоуи предал их, но сама она верила, что старик не мог этого сделать, поскольку до конца своих дней в душе оставался романтиком.

Выживший бандит сидел в тюрьме и не мог быть освобожден досрочно. Такой приговор удовлетворил как Мэнни, недавно женившегося и начавшего работать в строительной компании своего дяди, так и Дала, работавшего в школе для детей с трудностями речи. Даже по прошествии пяти лет Лили и Мэтт поддерживали с Далом и Мэнни тесные связи.

– Ты выглядел восхитительно с пеленкой, перекинутой через плечо, и Алеком на руках.

– А твоя фотография на палубе яхты с развевающимися на ветру волосами тоже восхитительна.

– На ней я выгляжу как кошка, проглотившая канарейку.

– Нет, как женщина, у которой только что был торопливый и страстный секс, потому что ее любимый муж совсем потерял рассудок, когда увидел жену в таком соблазнительном наряде. Господи, как им удалось удержать на тебе платье? Они что, приклеили его?

– Да, скотчем.

Она крепко обняла мужа и вся затрепетала от любви и страсти.