– Большинство из нас находится в подобной ситуации, – поддержал его бледный как призрак посол Дремена. – В моей колонии начался холодный сезон – больше облаков, ниже температура. Сбор урожая традиционно снижен на тридцать процентов, и так будет продолжаться все это время. И в лучшие годы Дремену была необходима помощь, чтобы выжить. Теперь же…

Бэзил взмахом руки остановил дальнейшие разногласия:

– Мы уже говорили об этом. Увеличение налогов неизбежно приведет к ограничениям, и тогда продукция вашего сельского хозяйства не сможет обеспечить народ. Кризис не закончится поутру, так что начните думать о будущем!

– Конечно, – с иронией сказал Петер. – Давайте отменим права мужчин и женщин, решим, сколько детей они должны произвести для поддержания роста колонии. Они рисковали жизнями для основания поселений! Что ж, такое решение понравится людям. Я уверен, вы хотите, чтобы я нацепил счастливое лицо и сам объявил об этом народу?

– Да, хочу, державный вы критикан! – отрезал Бэзил. – Это ваша работа!

Казалось, жуткие новости лишили всех аппетита. Слуги предлагали воду со льдом в изящных серебряных бокалах, ломтики цитрусовых – напрасно. Бэзил отослал их прочь.

Президент постукивал пальцами по столу с несвойственным ему нетерпением:

– Нам необходимо работать лучше, создать у людей понимание, что это – крайняя ситуация. У нас минимум горючего, не говоря уже об ограниченных возможностях связи – из-за недальновидности наших терокских друзей у нас не хватает зеленых священников. Сегодня, более чем всегда, нам необходимо больше телепатов, хотя бы для общего контакта между изолированными колониальными мирами. Многие планеты не имеют ни одного зеленого священника.

Он посмотрел на Сарайн, смуглокожую посланницу лесного мира. Она была стройной, узкоплечей, с высокими скулами, острым подбородком и пикантными маленькими грудками.

– Я делаю все, что могу, Бэзил. Ты знаешь – терокцы никогда не могли разглядеть за деревьями леса, – она улыбнулась, подчеркивая точный выбор слов. – С другой стороны, Терок не получает обычных поставок – ни техники, ни медицинской помощи, – с тех пор, как начался кризис. Мне трудно просить мой народ присылать Ганзейской Лиге зеленых священников сверх нормы, если Ганза лишает нас самого необходимого.

Петер с любопытством наблюдал за противостоянием Бэзила и симпатичной терокианки; с первых дней своего правления он имел удовольствие лицезреть такой аттракцион взаимоотношений. И, прежде чем президент успел ответить Сарайн, Петер приосанился и произнес с достоинством в голосе, отработанном множеством речей.

– Посол, мы примем во внимание трудности, коснувшиеся большинства колонистов Ганзы! Мы должны распределять ресурсы, отдавая приоритет нашим собственным колониям. Терок – суверенный мир, он и так в значительно лучшем положении, чем большинство миров.

Пока Сарайн приходила в себя от словесной пощечины, Бэзил, оценив помощь Петера, с облегчением заметил:

– Истинно прав Король! Пока ситуация не изменится к лучшему, Терок может рассчитывать только на себя. Если, конечно, он не пожелает присоединиться к Ганзе?..

Сарайн опустила голову и едва заметно покачала головой. Генерал Ланьян резко, будто острой косой по траве, прошелся взглядом по кругу советников.

– Мистер Президент, у нас остается только один выход – принять крайние меры! Чем дольше мы ждем, тем более жесткими они будут!

Бэзил вздохнул, как будто зная, что груз ответственности за этот выбор ляжет на него:

– У вас есть разрешение Ганзы делать все необходимое, генерал, – он пронзил взглядом Петера. – И вы, конечно, утвердите это именем Короля.

– Я видел множество удивительных миров, – промолвил старший брат Эстарры, когда они путешествовали на летающей платформе через лесистый континент. – Я бывал во Дворце Шепота на Земле и стоял под семью солнцами Илдиры, – загорелое лицо Рейнальда осветила улыбка. – Но Терок мой дом, и мне здесь лучше, чем в любом другом месте.

Эстарра улыбнулась зачарованно, будто впервые увидев хорошо знакомый пейзаж шепчущего Вселенского Леса.

– Я никогда не была на Зеркальных Озерах, Рейнальд. Я так рада, что ты взял меня с собой!

Девчонкой, она бывало тихо покидала дом до рассвета, гонялась по лесу, желая отыскать что-нибудь любопытное. К счастью, ей было интересно многое: жизнь природы, наука, культура, история. Она даже копалась в архиве корабля поколений «Кайлье», истории Терокского поселения и появления зеленых священников. Не потому, что была обязана это делать, а потому, что ей это нравилось.