Приходилось ли кому-нибудь из военачальников этой или другой войны решать более сложную, более важную задачу, чем та, которую предстоит сейчас решать Маршалам Советского Союза Г. К. Жукову и И. С. Коневу в этом сражении, втянувшем в себя несколько миллионов солдат, десятки тысяч орудий, танков, самолетов?

А между тем лицо Конева спокойно. И вот опять из-за канала послали очередь, где-то у самых ног маршала цвиркнула пуля и, взвизгнув, отрикошетила, или, как говорят солдаты, ушла за молоком. Он только посмотрел в ее сторону и продолжал телефонный разговор с командармом Лелюшенко, передавая какой-то приказ, связанный с боями в районе Потсдама. Выбрав свободную минуту, я спросил командующего, что он думает о предстоящих боях за Берлин.

– Тяжелые будут бои. Очень тяжелые. Отступать им некуда, будут стоять насмерть. А они воевать умеют. Противник серьезный.

Я вопросительно посмотрел на маршала.

– Тяжелый город, - продолжал командующий, задумчиво глядя на окутанный дымами пожаров Берлин.
– Постройки-то крепостной толщины. Их и средним калибром не возьмешь. А реки, речки, каналы! Вон их сколько! И все в гранит одеты. Эти гранитные шубы разве что для тяжелой авиабомбы. А метро! Дом за домом брать придется.
– И, подумав, добавил: - Зато возьмем - и конец войне.

Отойдя в сторону, я сейчас же записал эти его слова. Интересно же будет узнать потомкам, что думал в решающую минуту перед началом штурма неприятельской столицы полководец, прошедший со своими частями от Москвы до Берлина.

А потом началось сражение, и можно было тут же оценить справедливость недавно произнесенных слов. Первый период боя за Тельтов-канал стоил многих жертв, ибо каждую огневую точку пришлось подавлять массированным огнем и каждый дом на берегу канала, заводские здания, склады, штабеля сложенного в баррикады тесаного камня - все это превращалось в редуты. Впервые за всю войну я видел, как солдаты в черных мундирах и резиновых плащах войск СС шли в атаку в полный рост, словно каппелевские офицеры в фильме "Чапаев". Много их полегло. Зато штурмовые батальоны 22-й мотострелковой бригады имели уже несомненный успех. Под непрерывным огнем артиллерии солдаты на лодках, на бревнах, на каких-то ящиках переплывали канал, перебирались по фермам взорванного моста.

В эту минуту я посмотрел на командующего. Его круглое лицо хранило растроганное выражение, а голубые глаза были влажными. Хотел спросить, что он думает в эту минуту, но он резко отвернулся.

– Потом, потом...
– Но тут же добавил: - Заметьте, красный флаг уже в Берлине!

И действительно, там, за каналом, ветер шевелил красный флаг, привязанный к какой-то железной ферме.

В десять часов тридцать минут пришло донесение, что части армии Рыбалко, продолжая наступление в северном и восточном направлениях, уже соединились с армией 1-го Белорусского фронта. Командующий, обращаясь к нам, сказал:

– Запомните, двадцать четвертое апреля.
– Он был строг и деловит, наш командующий.

– А что думает сейчас командующий одного из фронтов, окруживших Берлин?

– Потом, потом. Сейчас воевать надо.

Свою корреспонденцию об этом дне, которую я написал на крыше здания, условно именовавшегося небоскребом, корреспонденцию о прорыве в Берлин первых частей 1-го Украинского фронта, я так и датировал: "Двадцать четвертого апреля, Берлин".

ВЕЧНЫЙ ИСТОЧНИК БОДРОСТИ

Эту книгу я закончил в дни, когда отмечали семидесятипятилетие славного полководца.

Но столь почтенный свой юбилей маршал встретил совсем не по-стариковски. Он был полон энергии, забот, замыслов.

По окончании войны он занимал ряд крупных военных постов, на которых талантливо, творчески применял огромный опыт своей более чем полувековой службы в Советской Армии.

После войны И. С. Конев был главнокомандующим Центральной группой советских войск в Австрии, где ему приходилось совмещать дела военные с делами дипломатическими.

Затем он командует Сухопутными войсками Советской Армии и на этом посту много и плодотворно трудится над изучением и обобщением опыта войны, над закреплением его в новых уставах.

Служит главным инспектором Советской Армии.

Командует войсками Прикарпатского военного округа.

Является первым заместителем министра обороны СССР.

Пять лет, с 1955 до 1960 года, он главнокомандующий Объединенными Вооруженными Силами стран Варшавского Договора.

И в ходе всей этой деятельности Конев не раз в острейших международных ситуациях выполняет ответственные задания партии и правительства.

Как и в дни войны, он продолжал оставаться полководцем с комиссарской душой - энергичным, инициативным, волевым и очень внимательным ко всему, что касается дел человеческих.

Большую военную работу Иван Степанович умело сочетал с активным участием в партийной и общественной жизни страны. Он делегат многих партийных съездов. На XVIII партсъезде избирается кандидатом в члены ЦК КПСС, на XIX, XX, XXII, XXIII и XXIV съездах - членом Центрального Комитета партии.

Он депутат Верховного Совета всех созывов.

И на всех своих постах активен, инициативен, неутомим.

Особое внимание И. С. Конев уделял молодежи.

– Будущее страны и будущее армии в руках молодежи, - говорил он и, по обыкновению своему, сдабривал речь народной мудростью, добавлял: - Хороший урожай начинается с семян.