Он нехотя убрал руку от ее лица.

Она прижала свою руку к тому месту, где только что была его рука. Казалось, она хотела снять боль от невидимого ожога. Лакричное пятно стало еще больше.

— Я сейчас вернусь, — сказала она неровным голосом. — Думаю, что ваш платок пригодится вам для другого случая.

Она указала глазами на Сократа, который отпустил ее руку и теперь разглядывал рулон ткани. Адриан перехватил его прежде, чем он успел за что-либо схватиться и при этом его собственные руки стали черными.

— Я принесу воды, — сказала Лорен, но глаза ее были невеселы.

Адриан знал, что она, как и прежде, намеренно отдалилась от него. Он не мог понять причину ее неожиданной сдержанности. Пока он размышлял, Лорен повернулась и убежала вверх по лестнице.

Ожидая ее возвращения, Адриан оглядел магазин. У Джереми было всего понемножку, но Адриан заметил, что здесь не было только одного — оружия и боеприпасов. Музыкальные шкатулки, чудесные шерстяные шали, изысканные кружева, импортные конфеты и миниатюры, которые, как полагал Адриан, хорошо расходились среди моряков, направлявшихся домой. Сигары и бренди хороших марок. И то, и другое было популярно среди моряков, ходивших сквозь блокаду, и он знал, что многие из них частенько сюда заглядывали.

Лорен вернулась с тазиком воды и мылом и Адриан неловко пытался отмыть своего любимца, а Лорен наблюдала за ним. По мере того, как все больше воды доставалось Адриану, а не Сократу, улыбка на ее губах становилась шире.

В конце концов улыбнулся и Адриан, и тогда Лорен сама взялась за дело. У нее Сократ стоял спокойно, не то, что у Адриана. И Адриан подумал о том, что за волшебная сила в ее руках.

— Вы так и не ответили, — сказал он. Лорен серьезно взглянула на него. В глазах ее был вопрос.

— Поужинаете ли вы со мной? Да? — спрашивал он, словно школьник, затаив дыхание, и сознавая, как сильно ему хочется, чтобы она сказала: «Да».

Проведя два дня с Терренсом, он нуждался в ее обществе, ему не хватало той радости, которую ему доставляло ее присутствие. Не хватало ее радости и смеха.

И этого разряда молнии. Может быть, именно этого ему не хватало больше всего.

— Нет, — ответила она, и голос ее слегка дрогнул. — Сегодня я не могу, но, может быть…

— Завтра? Я могу нанять экипаж. Здесь неподалеку прекрасный берег.

Заканчивая свою работу, она вытерла лакричные усы Сократа и выпрямилась. Она внимательно смотрела на него, и в ее глазах было заметно какое-то колебание, нечто недосказанное.

— Я не знаю… Может быть, я буду нужна дяде Джереми.

В этот момент они оба вспомнили о том, что послав Лорен вниз, сам Джереми не вернулся в магазин.

Его вновь охватило то же самое странное ощущение разочарования, что и во время бала.

— Я думаю, мы сможем его убедить, — сказал он. Ему хотелось побыть с нею наедине, разобраться в этих столь новых для него взрывоподобных чувствах.

Лорен знала, что он мог бы убедить Джереми, потому что это помогло осуществлению планов Джереми Кейса. Она спрашивала себя, являются ли эти планы по-прежнему и се планами. Она боялась того, что если она проведет побольше времени наедине с Адрианом, то эти планы перестанут быть се планами. В конце концов она кивнула в знак согласия.

Джереми действительно был наверху и с готовностью дал согласие на пикник.

— Я… не уверена в том, что мне следует это делать, — сказала ему Лорен.

— Я кое-что слышал вчера, — мягко ответил он. — Наш капитан следующим рейсом везет пушку. Предстоит серьезная битва, и мы не можем допустить, чтобы эта пушка досталась Конфедерации.

Лорен испугалась.

— Это значило бы спасти сотни жизней, Лорен.

Он посмотрел на нее.

— Ладно, — удалось произнести Лорен.

— Я пойду.

Адриан ушел от них несколько минут спустя, сказав, что заедет за нею завтра до полудня. Он обернулся лишь один раз и потом спросил себя, не показалось ли ему, что глаза ее были влажными.

Тем же вечером Адриан вновь наткнулся на Клея в отеле «Королева Виктория».

Адриан усмехнулся.

— Ваше настроение значительно улучшилось, — с завистью заметил Клей.

Его собственная голова все еще адски болела.

— Верьте или нет, но я завтра собираюсь на пикник.

— На пикник, скажите на милость!

Адриан пожал плечами.

— Ухаживание чертовски хлопотное дело.

— Так что же вы делаете?

Адриан поморщился.

— Будь я проклят, если я знаю, что я делаю, кажется, ничего другого не остается. Осталось три дня до выхода в море.