Рука Сюзанны потянулась к винтовке, которая была всегда при ней. Женщина хорошо знала Мартинов. Эти не побрезгуют выстрелить в безоружного человека. Райс выглядел весьма довольным собой и как бы не догадывался, что он только что нанес оскорбление самым подлым и низким тварям во всем Техасе.

Старший брат вновь обратился к Сюзанне.

— Вам стоит научить своего гостя хорошим манерам, особенно, если он не носит с собой винтовки. Не следует ходить без оружия.

Райс скроил убийственную ухмылку.

— Я полагал, что знакомлюсь с цивилизованной страной.

— Он знакомится, — загоготал один из Мартинов, — послушайте только, он — знакомится.

Ловелл пропустил мимо ушей насмешки брата и прицепился к Райсу.

— Вы хотите сказать, что мы не цивилизованные?

— Вы не расстаетесь с оружием, — пояснил Райс, наслаждаясь негодованием братьев. — Сейчас только дикари ходят, обвешанные ружьями.

Реддинг заметил, что пока внимание Мартинов было приковано к нему, Вес успел проскользнуть в дом и вернуться с винтовкой. С самого начала Райс вырабатывал тактику поведения на случай нападения бандитов Мартинов. Пятеро незваных гостей были вооружены до зубов. На стороне Сюзанны были только Райс и работники, до сих пор наблюдавшие за скандалом издали. Вес вначале тоже не был вооружен. К счастью, он успел.

— Вы что, не слышали, что велела вам моя сестра?

Мартины и два их прихвостня обернулись на голос Веса, который стоял на крыльце, поигрывая оружием.

— Ступайте прочь с нашей земли.

Сюзанна, воспользовавшись минутным замешательством среди мужчин, навела винтовку на старшего и пригрозила:

— Ты что, Ловелл, не слышал моего брата?

— Запомни, — сквозь зубы проговорил Мартин, — я даю тебе одну неделю. — Он перевел взгляд на Райса. — А ты лучше убирайся отсюда подобру-поздорову. Я не люблю иностранцев.

— Я испуган, весь дрожу и сделаю, как вы велите, — промямлил Реддинг с неуловимой усмешкой. Палец Сюзанны лег на курок. Ловелл Мартин пристально, угрожающе посмотрел на женщину, кивнул четверым мужчинам. Они развернули коней и умчались прочь.

Вес наблюдал за ними до тех пор, пока всадники не скрылись из виду и не утонули в клубах грязной пыли. Потом он опустил обрез, привалился спиной к косяку и прикрыл глаза. Райс спрыгнул с лошади и помог спуститься Сюзанне. Женщина поспешно бросилась к брату. Реддинг едва переставлял ноги, готовясь к миллиону вопросов. Но он не был ни расстроен, ни взволнован, ни обескуражен. Вес строго взглянул на Райса.

— Где вы были?

Подозрительным взглядом он зацепился за травинки, запутавшиеся в волосах у женщины. Сюзанна вспыхнула.

— Знакомился с вашими краями, — отвечал Реддинг, зная, что это вызовет бешенство у Карра.

Но ему не нравилось, что, во-первых, от Веса попахивало спиртным, во-вторых, что он позволил застать себя врасплох. — Пока вы тут попиваете, — уколол он Веса.

— Черт возьми, кого вы тут из себя строили?

Райс прекрасно понял, что имел в виду полковник.

— А, вы имеете в виду это маленькое представление? Просто я дал вам время подготовиться к тому, к чему вы должны быть готовы каждую минуту. Вы должны быть начеку всегда.

Райс умело полоснул по больному месту. Вес опустил глаза. Коснувшись рукой небритого подбородка, он вновь посмотрел на Райса.

— Вы правы, Реддинг. Насчет Мартинов вы правы. Но я давно предупреждал вас: держитесь подальше от моей сестры.

— А что вы сделаете, если я не выполню вашей просьбы? — Райс откровенно смеялся над полковником.

— Я убью вас.

— Кишка тонка, — Райс повернулся спиной к Весу и наткнулся на умоляющий взор Сюзанны. Неожиданно он обозлился на нее и на самого себя. Промолчав, она отреклась от сегодняшнего благословенного утра. Ясно, что ей стыдно за то, что произошло между ними. Ну и ладно. Почему бы и нет?

Реддинг резко повернулся и направился к своему жеребцу. Одним прыжком оказавшись в седле, он пришпорил коня и унесся куда глаза глядят.

Райс отдыхал, сидя верхом на лошади, упираясь правой пяткой в изгиб седла. Он все еще пользовался кавалерийским седлом военного образца.

Внизу текла река. Райс долго следил за Мартинами, чтобы быть уверенным в том, что они действительно убрались с территории Фэллонов, а потом свернул к реке.

Он не понимал до конца причины ярости, клокотавшей в нем. Но ему она не нравилась. Ярость и злость мешали холодному рассудку. Злоба ведет за собой ошибки. Злоба всегда мешает довести дело до конца. Реддинг понял это очень давно. В конце концов, чего он добивается? Чтобы она объявила всему миру, что переспала с ним?

Он никогда не вел себя бесцельно. Никогда. До настоящего момента, черт бы его побрал! Все чувства, клокотавшие внутри, неожиданно вырвались наружу. Так на мелкие осколки разбивается бутыль с молодым вином, если туда добавить слишком много дрожжей.