"Вспомнил тогда Ом-Канл про отшельника, который жил высоко в горах, питаясь лишь тем, что собирал, да тем, что изредка приносили ему пастухи и охотники ятру. Ибо считалось, что отшельник этот приблизился, благодаря образу жизни своей, к Богам. Не раз лечил он тех, кто больным приходил к нему; но редко случалось сие, ведь добраться до обители отшельника было нелегко, да и не всегда можно было застать его дома.

Но Ом-Канл не видел другого выхода - поэтому, обняв на прощание жену и поцеловав в лоб спящего сына, у которого уже онемела вся левая нога, куда укушен был он каменной гадюкой, - пошел молодой охотник в горы, чтобы отыскать жилище отшельника".

x x x

Небеса рыдали; Ом-Канл уже дважды оскальзывался на вымокшей тропе и один раз чуть не сорвался в пропасть, выжидающе скалившуюся клыками-камнями. Но он не мог медлить: с каждой секундой смерть отхватывала еще немного от тела Са.

Дорогу к обители отшельника Ом-Канл помнил плохо. Молодой охотник был там очень давно, когда Лэ-Тонд после получения Ом-Канлом второго имени учил юношу мастерству добытчика. В то время перед молодым ятру словно открывался новый мир; хотя прежде он и считал, что все вокруг уже познано им и не способно удивить. И вдруг - видишь за привычным совсем другое, постигаешь вещи, о существовании которых до сегодняшнего дня и не подозревал!

Таким был и первый визит Ом-Канла к отшельнику. Тогда день радовался солнцу, а горы дышали величественно и достойно. Ом-Канл, пообещавший себе ничему более не удивляться и ни о чем Лэ-Тонда не спрашивать, покорно шагал вслед за наставником по тропе, которая явно вела в никуда. Ибо уже с того места, на котором они находились сейчас, было видно, что приводит тропка к небольшой каменной площадке - и завершается обрывом. Идти туда без толку, разве что если Лэ-Тонд намерен обучать ученика полетам.

– Следи за дыханием, - роняет наставник.

И как он видит спиной?..

Они добрались, наконец, до площадки; тут-то Ом-Канл заметил небольшой вход в пещеру. Взгляд не-горца вряд ли заметил бы, что в пещере когда-то жили, но молодой охотник все-таки не зря ходил в учениках у одного из лучших наставников селения!

– Что скажешь?

– В пещере жил мужчина, но теперь он покинул ее. Видимо, умер.

Лэ-Тонд недовольно (но почему?!) взглянул на него и сокрушенно качнул головой, мол, вот и еще один день потрачен впустую.

Потом опустился на колени, сев на пятки, и знаком велел Ом-Канлу последовать его примеру.

Прошло некоторое время - и, наконец, Ом-Канл почувствовал присутствие в пещере человека.

Еще спустя несколько сотен вдохов-выдохов человек в пещере поднялся и направился к выходу.

Ом-Канл бросил взгляд на наставника - Лэ-Тонд сидел, как и прежде невозмутимо созерцая шевеление ветерка в траве, что росла у входа. И лишь когда человек вышел из пещеры - оказавшись невысоким, худым, словно палка, стариком - Лэ-Тонд почтительно, но с достоинством поклонился. Ом-Канл поспешно последовал примеру наставника.

К удивлению молодого охотника (а ведь обещал себе не удивляться!), старик сел так же, как и ятру, на колени.

– Да будут горы благосклонны к тебе, - молвил Лэ-Тонд.

И эхом, неожиданно мощным для такого худого и старого человека, отозвался отшельник:

– Да будет свет, что в вас самих, увиден вами же - и разожжен в сердцах.

Опять Ом-Канлу пришлось удивляться: ведь только люди, постигшие тайную власть слов, способны говорить подобным образом.

Лэ-Тонд тем временем выложил из своего дорожного мешка связку сладких кореньев криага и несколько плодов лийумы. Ом-Канл отметил, что довольно внушительную полоску вяленого мяса учитель оставил в мешке, хотя заподозрить его в жадности молодой охотник не мог.

Отшельник с благодарным жестом принял дары.

– Это - новый охотник - Ом-Канл.

Старик внимательным взглядом изучил молодого ятру:

– Всегда моя смиренная обитель открыта для тебя. Я буду рад, когда смогу хоть чем-нибудь помочь тебе, Ом-Канл.

– Благодарю, отец, - и молодой охотник изумленно осознал, что только что ответил сообразно словам мудреца.

Тот кивнул, словно это было обычным делом.

Потом все трое пересели так, чтобы видеть Солнце, и помолились ему, а после наставник и ученик отправились обратно.

По дороге в селение Лэ-Тонд рассказал молодому охотнику об отшельнике.

– А почему ты не дал ему мясо?
– не утерпел Ом-Канл.

Лэ-Тонд пожал плечами:

– Он не ест мясо. Во всяком случае, никогда не берет его в качестве дара.

...Сегодня Ом-Канл взял с собой коренья криага. Наставник говорил, что отшельнику ведомо много такого, о чем остальные люди даже не имеют представления. Возможно, ему ведома и тайна лечения укусов каменной гадюки.

Небеса по-прежнему изливали свою скорбь разлуки с землей; Ом-Канл огляделся, пытаясь сориентироваться на местности. Кажется, обитель отшельника была где-то рядом.