«Не ревнуй», – одернула себя Дана. Выслушав его историю, она изменила свое мнение о Робе. Изменились и ее чувства к нему. Она не знала точно, как ей назвать эти новые, как их описать, но ей бы не хотелось соперничать с сестрой из-за Роба. Никогда ни один мужчина не встанет между ними. Слишком многое им пришлось испытать вместе.

– План таков, – сообщил ей Роб. – Когда начнутся танцы, мы присоединимся к танцующим и будем смотреть друг на друга влюбленными глазами, как подростки с разбушевавшимися гормонами. Никто не будет удивлен и не кинется нас искать, если мы уйдем вдвоем. Все подумают, что мы решили потрястись на тюфяке.

Какой-то шум привлек их внимание. Мимо лениво прошаркал ковбой, выходящий из барака. Роб подождал, пока он пройдет мимо, а потом продолжил:

– Я проберусь в покои Большого Папы и посмотрю, что он там прячет. Ты будешь наблюдать, чтобы Никто мне не помешал. В случае чего, предупредишь меня. Но я уверен, что Кольтран, как хороший хозяин, Пробудет с гостями до самого конца вечеринки. Ведь он считает себя радушным хозяином?

– Наверное, – пробормотала Дана. – А как же я смогу предупредить тебя?

– Ты что, забыла? У меня есть рации, я же говорил. Я закупил их для своего агентства. Рация размером с карточную коробку, и ты запросто можешь спрятать ее в кармане.

– Если меня спросят, почему я одна, как мне выкручиваться?

– Скажешь, что мы поссорились.

«Как ему легко – на все найдется ответ», – подумала Дана, но ей самой почему-то от этого легче не стало. Она предчувствовала, что какие-нибудь осложнения обязательно возникнут. Тем более всюду бродят охранники Большого Папы.

– Все время держи старого Кольтрана в поле зрения. Я думаю, что он может уйти с Минервой в ее бунгало. К себе он ее не пригласит, поскольку там, как я полагаю, все напичкано электроникой.

Роб через плечо бросил взгляд на танцплощадку.

– Прошу тебя, не своди глаз с Кольтрана. Ты должна успеть предупредить меня о его возвращении. Договорились?

Дана кивнула, молясь о том, чтобы не случилось ничего непредвиденного. Комнаты Большого Папы находились на втором этаже в западном крыле дома, и туда можно было попасть только через главный вход в особняк.

Роб усердно пытался следить за музыкой, но все время сбивался с такта и наступал ей на ноги. Вообще-то танцор из него был никудышный. Дана поняла это, как только он наступил ей на ногу первый раз. Распорядитель обучал новичков с материка ковбойскому танцу в гавайском стиле, но Роб предпочел собственную манеру – нечто совершенно стремительное и несуразное.

– Итак, дамы и господа, – выкрикнул распорядитель, – готовы ли вы попробовать сплясать туш-пуш?

Роб прижал Дану к себе, почти касаясь лицом ее благоухающих волос. Весь вечер его руки не отпускали ее. Этим он дал ясно понять всем и каждому, что они любовники и он считает Дану своей собственностью.

– Вот что, – рассмеялся Роб, – забудь про этот туш-пуш. Я не хочу, чтобы эти люди толкали меня своими задницами.

Дана изобразила что-то отдаленно похожее на улыбку. «Как странно», – подумал Роб. Почему она вновь стала замкнутой? Он-то считал, что сегодня здорово сбил ее с прежних позиций, проведя успешную атаку на пляже. Но вот поди ж ты, опять холодна, молчалива..

Это лишний раз доказывало, что все женщины – существа непредсказуемые и капризные. Все-таки он ни черта не смыслит в отношениях с ними. Роб не сомневался в том, что нравится Дане, хотя она всячески стремилась доказать обратное. Сегодня он понял, что она мечтает о ласковом, нежном и чутком человеке. Он готов был стать таким, но оказалось, что переделать себя в одночасье чертовски трудная задача. Роб привык идти напролом и добиваться благосклонности той, которую он хотел, быстро, не затрачивая на ухаживания много времени.

Он в очередной раз похвалил себя за то, что не рассказал ей всего. Конечно, он открыл ей достаточно много, чтобы как-то завязать отношения. Обо всем она узнает, когда он начнет по-настоящему доверять ей. Доверие? Это было ему так же незнакомо, как жизнь на Марсе. Но он чувствовал, что ему надо попытаться использовать свой шанс, и сейчас молился, чтобы история не повторилась.

Роб обнял Дану за плечи, и они покинули танцплощадку. Праздник проходил на открытом воздухе под куполом черного неба, на котором царствовала серебристая красавица-луна. Наконец-то подул ветерок и стало немного прохладнее.

– Похоже, веселье в полном разгаре. Вряд ли кто-нибудь захочет уйти. – Дана огляделась по сторонам. Они отошли уже достаточно далеко.

Вот только Ванесса исчезла куда-то полчаса назад, подумал Роб, но Дане ничего не сказал. Он не знал, что происходит между сестрами, и еще ему не нравилась улыбка Ванессы. Он слишком часто видел такую на лицах женщин, которые говорили «да» прежде, чем он успевал задать вопрос.

Они молча шли к небольшой рощице деревьев киви, служащих естественной границей между особняком и хозяйственными постройками. Роб взял Дану за руку, переплетя ее пальцы со своими. Она не ответила на его пожатие, но и не отняла руку.