– У тебя язык без костей! Хочешь чтобы все узнали?

– Так он же не в счет, - удивился Клин и захохотал так, что даже закашлялся. А вот Елена только поморщилась.

Наконец Клин успокоился.

– Ну что, пора кончать?
– спросил он.
– Засиделись мы тут... с Еленой Олеговной. А ведь нам ещё массу дел надо переделать.

Он вытащил из кармана рацию, включил её и сказал:

– Исса? Ты? Возьми пару ребят с оружием и ко мне.

Через минуту в комнату ворвались трое с автоматами, меня взяли на прицел, а ещё через пару минут вся наша дружная компания оказалась на палубе.

На самой корме был свободный пятачок. Метров пятнадцать квадратных. Здесь разместились мы и ещё человек семь. Я так и думал, что всего на судне было бойцов пятнадцать. Из которых я лично убрал троих. Это не считая тех, на берегу. В окружившей нас толпе я увидел парня, которого я уложил в гольюне. Вид у него был нездоровый. Я пожалел, что оставил его в живых. Как и того, что я не тронул вместе с первым толстяком-телохранителем. Во мне клокотала ярость. Сейчас, словно сорвавшийся с цепи цепной пес, я мечтал лишь о том, чтобы иметь возможность добраться до их живой плоти. Я был уверен, что все, окружающие меня сейчас мужики заранее обречены. Не знаю как, не знаю, что мне поможет, но это было неизбежно. Правда, при одном маленьком условии: если сам я останусь в живых. Но последнее было не главное. В свое бессмертие я поверил давно и бесповоротно. И пока что всё лишь укрепляло меня в этом убеждении. Потому что я был жив. В ином аспекте думать о смерти я был не намерен. Смерть - прерогатива других.

– Исса!
– обратился Клин к одному из парней, невысокому блондину, ехидно щурившего, глядя на меня, свои бледно-голубые глаза.
– Как мы договаривались. Сбросьте его за борт и потихоньку туда-сюда.

– Все будет в лучшем виде, - заверил его Исса и радостно улыбнулся.

– Я бы остался, - глядя на меня с сожалением проговорил Клин, - но Елена Олеговна спешит, не желает насладиться зрелищем. А я вот, грешен, люблю этакое... красочное.

– Может, вместо меня поучаствуешь?
– предложил я.
– Я тоже полюбуюсь.

– Нет уж, каждому свое. Ну давайте, мужики, потом расскажите как прошло. Нас уже машина на берегу ждет. Пора.

Он повернулся к Елене.

– Не желаешь попрощаться с легавым?

Елена, отвернувшись, решительно пошла к веревочному трапу, только что сброшенному с борта.

– А куда вы направляетесь?
– спросил я их вдогонку.

Клин засмеялся и сказал, адресуясь к своим шакалам:

– Учитесь, как надо умирать.
– Потом оглянулся ко мне.
– А ты сам отлично знаешь, чего тебе объяснять.

– Начинайте!
– крикнул он перед тем, как и его голова скрылась за бортом.

Так как руки и ноги мои до сих пор оставались свободными, я решил, что ничего не потеряю, если попытаюсь оказать сопротивление. Тем более, что участь моя уже в какой-то мере предрешена, и на снисхождение рассчитывать не приходится.

Я внезапно кинулся в самую гущу врагов и, схватив за шею двух, мгновенно оказавшихся рядом парней, использовал уже проверенный сегодня прием: стукнул их сбами. На этот раз я постарался, чтобы черепа их раскололись обязательно. Может так и произошло. Только одновременно я убедился в правильности простой истины, что слепая ярость в бою рано или поздно обрекает тебя на поражение.

Не знаю кто, может быть. тот же веселый Исса, но сзади меня вдруг так приложили в затылок!.. Падая, я успел заметить нунчаки в руке Иссы, болтающуюся на цепочке деревяшку в опущенной руке и потерял сознание...

ГЛАВА 64

ТУДА-СЮДА

Отсутствовал я недолго. Меня тут же стали отливать забортной водой, черпая её ведрами, привязанными к веревке. Воды не жалели, чего её было жалеть, даровую, так что скоро я пришел в себя. Мне уже успели связать ноги, почему-то одни ноги, оставив руки свободными. Я вспомнил, что меня хотят сбросить за борт, чтобы... как это сказал Клин?.. чтобы туда-сюда. Что это такое, я не представлял. Однако чувствовал, что есть реальная возможность убедиться в собственном бессмертии. Или наоборот, если я неправ.

Пинками меня заставили подняться. Исса насмешливо поигрывал нунчаками. Я его уже ненавидел люто, но пока решил не беспокоить себя бесполезными эмоциями. Затылок болел здорово. Но вполне терпимо, бывало и хуже.

Огляделся. Времени действительно прошло немного. "Казанка" с Клином, Еленой и парнем на корме у мотора только-только подплывала к берегу.

А погода была!.. Совсем не похоронная погода. Вокруг широко и свободно раскинулась, трепетала колючим серебром равнина водохранилища, по которому продолжали скользить невинные беленькие клочки парусов. Вдруг меня резко пнули в зад ногой. Еще раз. Мне пришлось скакнуть связанными ногами вперед. В этом месте борта, где я стоял, было нечто вроде съемной дверцы. Так что меня активно пытались столкнуть за борт. Я оглянулся. Взявший на себя бразды правления Исса передернул затвор автомата.

– Прыгай, друг, давай, не тяни.

И я прыгнул.

Я погрузился в воду, и так же как прошлый раз, тишина запела у меня в ушах. Опускаясь вниз вдоль кормы, я смутно разглядел лопасти винта. Вдруг меня осенило: может быть они специально бросили меня здесь, чтобы винтом размолоть меня на фарш. Тогда понятно, зачем меня привязали. Сейчас они дадут задний ход, поток воды притянкет меня к лопастям, и те порежут меня на мелкие-мелкие кусочки.

В ту же секунду я понял что мне надо поднырнуть под винт, чтобы ток воды от работающих лопастей наоборот отбросил меня подальше. Конечно, если парни наверху дадут задний ход.